Всё свое детство Дима Лесков провел в обшарпанном интернате на окраине Петербурга. Он не знал, кто его родители, где его настоящий дом, и уж тем более он не мог знать, почему видит в темноте и внушает людям страх. Оказавшись за пределами детского дома он впервые встречает себе подобного. Вот только с его появлением у Дмитрия погибает лучший друг, а сам он оказывается в смертельной опасности. Создание, которое носило дорогой костюм, говорило на нескольких языках и являлось одним из богатейших жителей России, было кем угодно, но только не человеком…
Медленно догорал сентябрь. Солнечные лучи рассыпались по улицам, все еще напоминая о лете, но тепло их было обманчивым. В порывах ветра уже чувствовалось дыхание осени, и с каждым днем ноты холода звучали отчетливее. Позолоченные кроны деревьев казались ослепительно яркими, словно их раскрасили для того, чтобы подсластить пилюлю, прежде чем всё обратится в дождь. А пока люди наслаждались последними солнечными деньками. Несмотря на рабочее время, на улице было полно народу. Все куда-то спешили, что-то искали, что-то продавали или стремились купить. Огромный город напоминал потревоженный улей, который толком не спал даже по ночам. К такому ритму сложно привыкнуть. В первое время он сбивает с ног, выпивает силы, кружит голову. Именно так Москва и определяет чужаков.
Во всей этой суете трудно найти человека, который никуда не торопится. Разве что вон тот молодой человек в сером костюме. Он стоял на мосту уже около десяти минут, облокотившись на перила. У реки было особенно прохладно, но парень, казалось, не замечал резких порывов ветра. Он задумчиво смотрел на воду, словно на поверхность вот-вот должны вынырнуть ответы на его вопросы. Внешне парню можно было дать не больше двадцати, однако в нем не чувствовалось юношеской безмятежности, которая свойственна людям его возраста. Он выглядел молодо и взросло одновременно, как человек, который знает о жизни чуть больше, чем положено для счастья.
От размышлений парня отвлек зазвонивший телефон. Он не успел даже произнести общепринятое «алло», как в трубке раздался веселый голос:
— Здарова, Лесков! Ты еще в Белокаменной пасешься или уже в другом месте осел?
Услышав голос Олега, Дмитрий невольно улыбнулся:
— А что, наконец в гости собрался?
— В гости — не в гости, а буду проездом в твоих краях. На следующей неделе можем пересечься. Только пока без конкретики. Не знаю, как у меня со временем получится, поэтому наберу тебя, когда разберусь с делами. Я тут с серьезными людьми встречаюсь, так что извиняй — пока что они в приоритете… Ладно, как сам? Еще не забил на универ?
— Нет, учусь на четвертом.
— Уже на четвертом? Ни хрена себе, сколько времени убил, — в голосе Олега послышался смешок. — Брат, я тебе сто раз говорил, заканчивай чертить эту херню, возвращайся в Питер, и я устрою тебя к нормальным людям. Чтобы зарабатывать деньги, образование не нужно. Нужны связи, которых у тебя нет. А у меня сейчас столько бабла, что говорить неловко. Так что подумай еще раз. Иван подтянулся и вообще не жалеет. А ты чего ломаешься? Работаешь где?
На миг Дмитрий заколебался. Да, он работает. К тому же несколько минут назад удалось устроиться еще на одну работу. Однако не на ту должность, которой можно похвастаться перед друзьями. И даже не по профессии, потому что на одну зарплату практиканта и студенческую стипендию выжить в столице у него никак не получалось.
Парень обернулся в сторону здания, из которого вышел полчаса назад. Новый роскошный ресторанс видом на реку был излюбленным местом для встреч сильных мира сего. А ему, Лескову, отведена в этом месте должность официанта.
— Але, ты уснул? — раздался требовательный голос Олега. — Спрашиваю, работаешь где?
— Да… Тоже… у серьезных людей.
— Вот это уже другое дело! — интонация друга зазвучала одобрительно. — Будет забавно, если твои серьезные люди работают с моими, и мне придется с ними встречаться. А заодно и тебя увижу.
— Да нет, я еще не такой… — Лесков вновь замялся, подбирая нужное слово. — Востребованный.
— Да успокойся, я тоже не сразу начал. Почти год за сигаретами бегал, да бани со шлюхами заказывал, а сейчас уже подключился. Ладно, поехал я по делам. А ты будь на связи. Давай, брат!
Разговор оборвался. Дима спрятал телефон в карман и медленно побрел в сторону метро. С завтрашнего дня у него начинается первый рабочий день, а сейчас ему оставалось только ломать голову, как он вообще уговорил взять его в этот ресторан. У него не было ни должного опыта работы, ни безупречного английского, и менеджер едва ли не сразу сообщил, что он, Лесков, их не устраивает. А ведь тот мужчина еще не знал, в каких условиях рос их новоиспеченный сотрудник. О детдоме вообще лучше не упоминать, если хочешь устроиться на работу, которая мало-мальски связана с наличными. Внутренне работодатели настораживаются, слыша подобное признание, и, если есть менее «проблемный» кандидат, они отдадут предпочтение ему.
То собеседование напоминало театр двух актеров. Управляющий ресторана, солидный мужчина лет сорока пяти, уже с порога смерил Дмитрия оценивающим взглядом, после чего в его глазах отчетливо отразилось презрение. Голос Анатолия Валерьевича звучал подчеркнуто вежливо и в то же время надменно, отчего парню сразу же стало не по себе. Спустя несколько минут собеседование было закончено равнодушным: «Извините, но вы нам не подходите».
