— Илоночка… А Илоночка у нас тоже не ладит со своей второй сущностью. Я помогаю ей, она помогает мне, — поделился секретом профессор и, повернувшись спиной к девушке, уже более властно проговорил: — Сядь на стул, Зарета.
Девушка судорожно сглотнула. Этот самый стул, на который указал врач, категорически не нравился ей. Особенно ремни на подлокотниках, а еще странное приспособление, похожее на капельницу со штативом, установленное рядом со спинкой стула.
— Сядь на чертов стул! — жестче скомандовал Зинчуков, а в душе у Зари поднялась волна негодования и даже злости на этого человека. — Молитесь, чтобы Тим не оторвал вам голову, когда придет сюда! — вкрадчиво проговорила Заря, а в комнату вошел один из амбалов, который избивал Дима. По хищному выражению глаз девушка поняла, что Добромиру вновь вот-вот достанется, а потому Заря громко закричала: — Не трогайте его! Он ведь мальчишка еще! Не нужно! Умоляю вас, отпустите Дибромира! Никто и никогда не узнает, что я в вашей больнице.
— Закройте рот пациенту! — приказал Зинчуков охране, — А со свидетелем я позже разберусь.
— Да пошел ты, чокнутый докторишка! — фыркнул Дим сипло, но насмешливо, — Девку свою Горгону специально подослал шпионить? Просчитал заранее? Или тупо повезло, что Зарета придет в офис? Ты чего вообще хотел? Мир поработить что ли? Кретина кусок! Да мой брат тебе кишки на шею намотает, когда увидит Зарю здесь в таком виде.
Всего на секунду в комнате повисла гнетущая тишина. А следом — приглушенные маты сквозь зубы и стон боли. Охранник, вооружившись дубинкой, разминался, ломая кости молодого, связанного по рукам и ногам хищника.
В ушах у Зареты шумело, пульс бился лихорадочно и гулко. И Заре вдруг почудилось, что пол под ногами вибрирует.
Но это, судя по всему, ощутила только девушка. А в руках профессора мелькнул шприц.
— Слышь, Зинчуков, ты подумай дважды, — сипло проговорил Добромир, — Не лезь к жене вожака. Он же тебя будет убивать медленно и тщательно, когда доберется сюда. А он доберется. Ты же, черт раздери, хищник! Принюхайся! Ее нельзя трогать! Нельзя!
Дим говорил сбивчиво, сквозь боль и громкие звуки ломающихся костей.
А профессор замер.
— Интересно… Интересный случай… — бормотал врач, внимательнее рассматривая Зарю так, словно собирался вскрыть ее череп и рассмотреть, что же находится внутри. — Потомство? Надо проверить…
Заря уже была прикована к стулу, но почему-то было спокойно на душе. Возможно, по той причине, что расслышала оглушительное рычание своего волка. И точно знала, что он придет к ним на помощь.
А вибрация под ногами чувствовалась все сильнее….
Он никогда не мчался так быстро. Словно летел, выискивая на горизонте нужную точку — цель, куда стремился добраться.
Секунды тянулись мучительно медленно. И только голос Зари, гремевший в голове, вел его.
Она звала. Звала его.
Мышцы работали, как слаженный механизм. Краем глаза Тим видел, как мимо проносятся картинки: лес, дороги, мосты, дома, перекрестки.
И вот — тот самый мост и бункер, о которых упомянул Дим. Но даже без подсказок брата Тихомир уже учуял ее. Свою истинную. Свою малышку. Свою нимфу.
А вокруг творилось невообразимое. Асфальт, камни, плитку, уложенную перед зданием, пробивали крупные корни деревьев. А лианы ползли вверх, плотно оплетали стены неприметного на первый взгляд строения.
Тим бежал вперед, не обращая внимания на удивленные лица людей и хищников. Перед ним расступались, пропускали, шарахались в ужасе или страхе. А зов Зари становился все сильнее. И теперь Тихомир четко улавливал ее страх.
Двери он сносил в щепки, как и любое препятствие, вставшее на пути. Включая вооруженную охрану, которой здесь быть вообще не должно. Это ведь территория Вольных, а здесь — полный произвол. Как он мог не заметить под носом целую банду во главе с чокнутым профессором? Но с этим Тихомир разберется потом.
Вгрызаясь и круша все вокруг, Вольнов продирался туда, где была Заря. И краем уха разобрал придушенный писк знакомого голоса.
Горгона? Плевать! Зверь не заметил, как бывшую сотрудницу «Волько» придавило куском плиты. Тим только удовлетворенно рыкнул, ощутив страх, боль и запах крови предательницы.
И мчался все выше, вверх по лестнице, с трудом умещаясь в узких коридорах и на лестничных пролетах.
И вдруг — тишина. А под лапами — шуршание листвы и хруст веток.
Острого слуха коснулся бубнеж профессора. А когда до Тима дошел смысл сказанных стариком слов, волк обезумел.
Зарета только теперь начала бояться. Когда Дим не очнулся после очередного удара электрошокером, а охранник вколол парню какой-то препарат.
Сам Зинчуков тем временем всадил острый шприц в вену Зари и взял пробу крови. Вот тогда Зарета сильно испугалась. И тряслась от лютого страха все то время, пока работали приборы врача, изучавшие кровь нимфы.
И Заря, барахтаясь в ледяном ужасе, поняла, что даже если Тим будет мчаться сюда со всех ног, все равно не успеет. И один бог знает, что сотворит с ней врач.
