Тихомир бросил короткий взгляд на Макса. Хищники Вольных уже устроили обыск по всему особняку, а Грозновы не посмели противиться воле Верховного. Да и как противиться, если Тихомир давил силой, стоя не месте и не сводя взгляда с лица старухи.
— Божена? Где она? Где жена моего брата? — прорычал Тихомир, а Заря прикрыла рот ладонью.
Зарета не верила, что родня Жени могла что-то сотворить с подругой. Она ведь одной с ними крови. Из одного клана. Как же так?!
Старуха упрямо молчала, пусть и становилось заметно, что сила Верховного действует и на нее.
— Я попробую! Я могу… — прошептала Заря, лихорадочно оглядываясь по сторонам.
Хорошо, что усадьба Грозновых стояла на небольшом естественном возвышении — на холме, а вокруг деревья и заросли. И это было только на руку нимфе.
— Женя! — сначала тихо, а потом все громче повторяла Зарета.
Старуха перестала ухмыляться и теперь уже с опаской смотрела на жену Вольнова. Пожалуй, с пониманием того, кем являлась эта девчонка.
Ингрид негромко вздохнула и опустила голову. Бессильна она перед древними силами, которые сплелись воедино.
А тем временем Заря все звала и звала подругу, и деревья слева от особняка расступились, демонстрируя неприметную дверь, засыпанную ветками и землей.
— Там! Она там! — прошептала Заря, а хищники ринулись в указанном направлении.
Все, кроме Тима, Зари и отца. Старуха, расправив плечи, смотрела в глаза Верховному.
— Накажешь? Наказывай. Только брата ты все равно не найдешь, — усмехнулась Ингрид. — Он уже далеко отсюда. И клан мой не устрашай, они не знают ничего. Антон знал. И все.
Заря видела, что старуха говорит правду. Но увидев, как Женю выводят из землянки, тут же кинулась к ней.
Божена выглядела измученной, с перепачканным лицом, спутанными волосами и разодранной одеждой.
Заря тут же обняла подругу, разрыдалась. Она боялась спросить, что произошло. Боялась услышать ужасающие ответы. И в то же время чувствовала, что Женя нуждается в помощи.
— Они забрали его…обманули … заставили меня… а я думала… и теперь … с ним… — рыдала Женя, дрожа всем телом. — Я видела, как его били!
— Спокойно, Женька, успокойся, — повторяла Заря, — куда его увезли? Кто?
— Я не знаю! Не знаю! — всхлипывала Божена, — Ко мне домой пришел Антон. Велел звонить Радмиру. Говорил, что я должна отомстить за отца. Что я Грознова. А он враг. Я так зла была. Так зла на него за отца! Что я наделала, Зарька?!
— Говори! — пророкотал Тихомир, едва заметно поддавшись вперед. Ближе к старухе.
Даже на расстоянии в несколько метров он слышал каждое слово, произнесенное Боженой. И не разрывал зрительного контакта со старухой. Давил на нее, заглушив совесть и вбитые глубоко под корку мысли о том, что нельзя обижать женщин. Но это — не женщина, это монстр.
Ингрид скривилась, пытаясь противостоять наказанию Верховного. Однако терять ей больше нечего. А вот поглядеть напоследок, как мучается от неизвестности враг — очень хотелось. Месть ядовитой коброй извивалась в старческой, прогнившей душе.
И сладкий привкус победы над зарвавшимся щенком придал сил.
— Он не выживет там, куда Антон его отправил, — сверкнула черным взглядом старуха. — И подыхать будет долго и болезненно. Я об этом лично попросила.
Тихомир прищурился. Твою мать! Нет! Только не это!
Но ошибки не было. Свихнувшаяся старуха вполне могла провернуть такое. Да и ресурсы имелись. Отец не раз предупреждал Грознова о том, чтобы укрепил границы. Ведь на севере у Грозных — морской порт. А там, в нейтральных водах какого сброда только нет: беглые, каторжники, свободные стрелки, наемники.
Вольнов стиснул зубы, зарычал, глядя на старуху. Та рухнула к его ногам, а на морщинистом лице — ликование.
Гадина! Ядовитая змея, а не хищница.
— Сжечь! — рявкнул Вольнов, мотнув головой в сторону особняка. — Все! До пепла!
Верховный отвернулся. За спиной смеялась безумная старуха. Перед глазами — Заря утешала рыдающую хищницу. Рядом замер Дим, кривясь и вытирая проступавший пот. Запах пацана изменился из-за препаратов, которые успел вколоть Зинчуков, и Тихомир уже отдал распоряжение медикам клана, чтобы были готовы обследовать Добромира. И Зарю не помешала бы показать нормальным специалистам. И Божену.
Тим негромко, сквозь зубы выругался. Угораздило же брата влипнуть в Грознову. А хотя, нет, та теперь Вольнова. Более того, носит под сердцем потомство.
Тихомир прикрыл глаза, пытаясь «поймать» следы Радмира. Хоть что-то. Ведь он — Верховный. Сила так и бурлила в нем. И, кажется, он был способен свернуть горы….
По землям Грозных, опережая ветер, понеслись потоки силы Верховного. Дотянулись до границы, и дальше, до горизонта. И вдруг Тиму почудилось, будто тонкая нить мелькнула, вспыхнул огонек всего на миг. Но и этого оказалось достаточным. Верховный вычислил направление, куда утащили Радмира.
— Собирай всех, — отчеканил Тихомир, — Пока берешь клан на себя. Дальше видно будет. Э, нет, Верховный, — вскинул руки Макс, — Мне роль вожака не к лицу. Я так, как уже привык, в теньке братьев посижу.
