Автор книги Ф. Ф. Волончук — участник Великой Отечественной войны — рассказывает о боевых подвигах моряков-разведчиков, участников героической обороны Севастополя. На катерах, шхунах и шлюпках матросы, солдаты и офицеры смело высаживались в тылу врага и вели разведку в Крыму, на Керченском полуострове, на Тамани, в центральной части Главного Кавказского хребта. Разведчики под командованием мичмана Ф. Ф. Волончука разгромили в оккупированной гитлеровцами Евпатории полицейское управление, осуществили во вражеском тылу ряд диверсий на Ялтинском шоссе, ходили за «языком» на Умпирский перевал Главного Кавказского хребта. В 1943 году Ф. Ф. Волончук был переброшен на самолете с Кавказа в одно из соединений крымских партизан, побывал в занятом врагом Севастополе и в январе 1944 года возвратился на Большую землю. В основе воспоминаний Ф. Ф. Волончука лежат исторические факты, имена всех разведчиков — подлинные
Волончук, Федор Федорович
По тылам врага
[1] Так помечены страницы, номер предшествует.
{1} Так помечены ссылки на примечания.
Аннотация издательства: Автор книги Ф. Ф. Волончук — участник Великой Отечественной войны — рассказывает о боевых подвигах моряков-разведчиков, участников героической обороны Севастополя. На катерах, шхунах и шлюпках матросы, солдаты и офицеры смело высаживались в тылу врага и вели разведку в Крыму, на Керченском полуострове, на Тамани, в центральной части Главного Кавказского хребта. Разведчики под командованием мичмана Ф. Ф. Волончука разгромили в оккупированной гитлеровцами Евпатории полицейское управление, осуществили во вражеском тылу ряд диверсий на Ялтинском шоссе, ходили за «языком» на Умпирский перевал Главного Кавказского хребта. В 1943 году Ф. Ф. Волончук был переброшен на самолете с Кавказа в одно из соединений крымских партизан, побывал в занятом врагом Севастополе и в январе 1944 года возвратился на Большую землю. В основе воспоминаний Ф. Ф. Волончука лежат исторические факты, имена всех разведчиков — подлинные.
Содержание
От автора [3]
Я становлюсь разведчиком [5]
В разведотряде [11]
В первый раз [18]
В Евпатории [27]
На Ялтинском шоссе [41]
А батарея все же замолчала! [58]
В Керченском проливе [69]
О чем умолчал автор «Десятой флотилии» [89]
На Умпирском перевале [97]
«Если умирать, так стоя!» [111]
Полмесяца по тылам врага [119]
В занятом врагом Крыму [134]
Примечания
Список иллюстраций
От автора
Во время Великой Отечественной войны я не вел дневников. Не до того было. Да к тому же, отправляясь в тыл врага, я, как и любой разведчик, попросту не имел права носить при себе какие-либо записи. А вести дневник и, уходя в операцию, оставлять его в базе казалось бессмысленным. Походы по тылам продолжались зачастую неделями, а то и месяцами. За это время базы наши, как правило, не раз перебирались с места на место. Кому в те дни среди более важных дел было заботиться о твоих дневниках?! Но когда война закончилась, оказалось, что кое-какие личные вещи, оставленные в разное время в разных местах, каким-то чудом все же сохранились. Друзья — морские пехотинцы, партизаны — передавали при встрече тощие вещевые мешки, свертки и сверточки, о существовании большинства которых я, признаться, уже и сам успел позабыть. Разбирая их содержимое, я находил там пожелтевшие от времени фотографии, предметы, которые для кого-либо другого не представляли никакой ценности, а для меня были дороги, как память о пережитом, о боевых товарищах, многие из которых геройски погибли за честь и независимость нашей советской Родины.
Вот об этих товарищах, обо всем, чему довелось быть свидетелем, пока еще не все позабыто, и хочется рассказать. [5]
Я становлюсь разведчиком
— И вот что я вам, Волончук, скажу... Если у вас некуда девать бумагу и есть еще свободное время, так напишите хоть сто рапортов, но я вас все равно никуда не отпущу. Это зарубите на своем длинном носу. Понятно?.. Начальник тыла Черноморского флота, в подчинении у которого я тогда служил начальником одного из шхиперских складов, вышел из-за стола и начал наступать на меня, все больше и больше оттесняя к двери. Живой, как ртуть, непоседливый, он и теперь, не сдерживаясь, кричал на меня, и голос его, несомненно, хорошо был слышен не только в коридоре, но и по всему этажу.
— Какие все герои, Ильи Муромцы... Приходит каждый с одним и тем же: отпусти его на фронт, он, видите ли, не может оставаться в такое время на складе или за письменным столом... А вы думаете, что мне хочется сидеть здесь и заниматься картошкой, тросами, парусиной, швабрами и всем другим?! И ведь ни одному чудаку в голову не придет, что кто-то должен и этим заниматься. Война — это не только атаки, не только «ура», но и наши нынешние заботы о снабжении экипажей кораблей питанием, обмундированием, шхиперским имуществом. Без этого победы тоже не завоюешь. Поймите вы это...
Ясно было, что все мы так надоели начальнику своими просьбами отпустить нас на фронт, что он, видимо, решил все свое раздражение излить на мне. Продолжать разговор в создавшихся условиях не имело никакого смысла, и я, пробормотав: «Разрешите быть свободным» или [6] что-то в этом роде, посчитал за лучшее как можно скорее выскользнуть за дверь кабинета.
