— Никаких проблем, — моментально превращаясь из растёкшийся счастливой лужицы в деловую, вверенную в себе журналистку, заявила Леви. — На нём нет фотографии, так что просто назовёшься моим именем. Вот листок с вопросами, диктофон, пропуск. Спасибо, пока! — и через секунду Люси уже в гордом одиночестве наслаждалась видом вышеназванных предметов, небольшой кучкой сваленных на её столе. Потом вздохнула и начала собираться: как сердобольная подруга и ответственный работник она не могла подвести ни МакГарден, ни редакцию. По нужному адресу Хартфилия добралась на такси, мстительно пообещав стребовать с Леви затраченную на оплату проезда сумму, а вопросы для интервью и краткую (даже какую-то чересчур краткую, всего пару строчек: возраст, образование, хобби) информацию о неком мистере Драгниле, с которым и будет проходить пресс-конференция, она прочитала по дороге.
Пропустили её действительно без проблем, что было даже несколько странно — мало ли кто таким образом может проникнуть в офис компании «Драгнил и К», где и проходила встреча её главы, того самого мистера Драгнила, и журналистов. Впрочем, как про себя решила девушка, это не её проблемы и они не должны её занимать. Люси расположилась в первом ряду, но не в самом центре, а чуть левее, почти с самого краю, и до начала пресс-конференции не обращала ни малейшего внимания на царящее вокруг оживление, рисуя в блокноте весёлых, попивающий из пузатых чашек чай чёртиков. Поэтому внезапно образовавшаяся в зале тишина и негромкий мужской голос, оповестивший всех о начале мероприятия, заставил Хартфилию оторваться от своего весьма увлекательного занятия и поднять голову.
Увиденное заставило девушку замереть не хуже тех каменных статуй, в которые превращались люди и животные, попавшие под взгляд некой красавицы с волосами-змеями. За столом на небольшом возвышении сидело двое: щупленький паренёк, что-то постоянно строчивший в блокноте и не произносящий ни слова, и… Нацу. Да-да, тот самый Нацу, с которым она обсуждала железную лягушкоподобную кляксу на выставке, гуляла в парке и от которого так и не дождалась мороженого. Получается, он и есть тот самый мистер Драгнил, один из самых богатых и успешных бизнесменов города, решивший, по словам Леви, «пообщаться с народом и показать себя белым и пушистым»? Мысль о том, что эта встреча была кем-то специально подстроена, Люси отмела сразу — слишком много всего пришлось бы задействовать для её организации, гораздо проще было бы просто прийти в редакцию, если уж Нацу выяснил, кто она, где и кем работает. Значит, это просто случайное совпадение. Поэтому ей нужно успокоиться и вести себя, как обычно, выполняя свои непосредственные журналистские обязанности.
Но ни того, ни другого сделать не получалось: мысли путались, текст перед глазами расплывался, в ушах стоял равномерный гул. Хартфилия и сама не знала, отчего она так разволновалась — то ли из-за их последней встречи, когда вынуждена была, не сказав ни слова, исчезнуть из кафе, то ли из-за резкой смены социального статуса своего недавнего знакомого. Это не пугало, просто немного смущало и заставляло Люси чувствовать себя не в своей тарелке.
Драгнил же вёл себя примерно так, как в день их знакомства: с удовольствием отвечал на вопросы, задавал в ответ свои, шутил, смеялся. И ни жестом, ни словом не выдал, что узнал её. Поэтому Хартфилия постепенно взяла себя в руки и даже смогла поднять от блокнота глаза, правда, только для того, чтобы увидеть, как Нацу склонился к пареньку, сидевшему рядом, и что-то шепнул ему. Тот оторвался от своих бумаг, бросил в сторону Люси быстрый взгляд и, кивнув, продолжил писать.
Однако обдумать это странное происшествие ей не дали, потому что уже через несколько минут спутник Драгнила обратился к присутствующим:
— Господа журналисты, к сожалению, время пресс-конференции подошло к концу, остался последний вопрос. Вот вы, девушка, в первом ряду, — паренёк чуть кивнул, словно подбадривая, и Хартфилия резко встала, но от смущения перед внезапно обрушившимся на неё вниманием со стороны всех присутствующих в зале не могла сказать ни слова. — Представьтесь, — подсказали ей.
— Да, извините, меня зовут Лю… — она вовремя остановилась, вспомнив, что на интервью должен был прийти совершенно другой человек. — Леви МакГарден, журнал «Хвост Феи», еженедельный вестник культурной жизни Магнолии. Мистер Драгнил, скажите… — Люси на секунду задумалась, пытаясь с ходу придумать хоть какой-то вопрос, потому что все те, что были записаны в блокноте, уже благополучно выветрились из её головы. И, случайно встретившись глазами с Нацу, неожиданно даже для себя самой выпалила: — Как вы относитесь к современному искусству, в частности, к скульптуре?
