Но девушка не слышала. Она сорвала замок, оттолкнула лодку от берега и вскочила в нее на ходу.
На террасу выбежали Каштанов и Ирина.
- Что случилось?
- Не знаю,- сказала я.- Очевидно, с кем-то несчастье. Вот и катер пошел на помощь.
Моторка "Рыболова-спортсмена", пыхтя, отчаливала от берега.
- Пока дойдет...- задумчиво бросил Каштанов.
Мы поняли его опасения.
- Спа-си-те! - голос явно слабел.
- Неужели там нет никого поблизости? - нервно воскликнула Ирина.
- Как нет! Эвон рыбачок сидит. От него рукой подать,- сказала уборщица.- Видите, лодочка?
- Так что же он?..- Ирина даже топнула ногой.
- Вот груз поднял... За весла взялся... Поехал.
Мы все следили за темной точкой, и только глазастая уборщица различала в лодке человека.
Действительно, точка зашевелилась и пошла, но... в противоположную сторону.
- -Что такое? - Каштанов поправил очки.- Послушайте! Да ведь лодка-то уходит!
- Стало быть так. Связываться не хочет,- объяснила уборщица.
- Как не хочет связываться? Почему?
- Да ведь утопающего спасать, того и гляди сам в воду нырнешь.
- Негодяй!.. Вот негодяй!..-шептала Ирина.
- Глядите-ка, другой рыбачок на выручку спешит!
Теперь и мы увидели, как к тонущим приближалась откудато появившаяся лодка. Вот обе точки соединились. Что там происходит? Крики прекратились. Но, может быть, люди уже погибли?
- А этот-то за мыс улепетывает,- сказала Нюра! - Ишь, шкандыбает, словно одно весло короче другого.
Рыболов-спортсмен, кн. 7
- Ничего, он ответит еще! - грозно пообещал Каштанов.- На базе известно, кто лодки сегодня брал.
- Это, конечно,- неопределенно протянула уборщица.- Только ведь день воскресный, рыбачков выехало много...
В это время катер подошел к месту аварии. Но даль расстояния по-прежнему скрывала от пас события.
И только позднее удалось узнать все, что случилось на озере.
Муж и жена поехали рыбачить. Мы видели их накануне вечером.
Она - крупная, седовласая, румяная женщина, часто заразительно громко смеялась. Он - кругленький, коротенький человечек, долго обстоятельно выбирал лодку, "чтобы не текла".
Утром они встали на якорь, подождали - не клюет. Решили переменить место. Стали вынимать груз, оба наклонились, и лодка перевернулась. Тогда-то мы и услышали крики о помощи.
Катер привез пострадавших супругов и, ко всеобщему удивлению, Васю Кулика. Это он бросился спасать. Но перепуганные супруги разом схватились за борт его лодки, стали карабкаться в нее и тут же опрокинули вместе с Васей. Когда подошел катер, все трое барахтались в воде. Вася совсем было захлебнулся. Ему сделали на катере искусственное дыхание.
В доме его растерли спиртом и уложили в постель. Он краснел и смущенно улыбался, уверяя, что чувствует себя прекрасно.
Ирина поила его отваром из сухой малины.
С озера возвращались рыболовы и, узнав всю историю, заходили к Васе, жали его руку, хлопали по плечу, предлагали коньяку и водки.
Приехал Корольков с букетом водяных лилий для Ирины. Он очень жалел, что в заливе, где все утро таскал окуней, ничего не было слышно. Ирина ушла, чтобы поставить кувшинки в глубокое блюдо с водой, но тотчас же вернулась к постели Васи и уже весь вечер не отходила от него. Тут же сидела Лиля с забинтованными пальцами. Она сорвала кожу, когда сбивала замок с лодки, а потом гребла, не замечая ссадин.
- Ты-то, пигалица, зачем бросилась? - спрашивал с притворной суровостью Каштанов.- Сперва подумала бы, какой от тебя толк будет утопающим?
- Некогда думать было, Федор Иванович.
Теперь всех интересовало, кто же был в лодке,- тот, что трусливо скрылся за мысом?
Весь остаток дня Дом рыбака гудел, как улей. Все негодовали, требовали от директора, чтобы он нашел дезертира,
- Среди рыбачков таких нет,- решительно заявляли одни.
- Значит, есть. Лодка была "Рыболова-спортсмена", люди видели,поправляли другие.
- Паршивая овца все стадо портит,- сказал директор. Он был особенно огорчен: все его поиски оказались напрасными.
Рыболовы возвращались, но никто не сознавался в постыдном поступке.
- Странно,- говорил Каштанов - что за такое нельзя даже привлечь к ответственности. Считается, что это только этическое преступление, и суду не подлежит.
- Эх, попался бы он мне где-нибудь один на один!..-директор расправил плечи под старой выгоревшей гимнастеркой.
На другой день база опустела.
Я вышла рано утром на берег, В прохладном ли воздухе, или в чуть посветлевшей зелени, или в крикс птиц, потянувшихся к югу, неуловимо чувствовалось приближение осени.
Под старым тополем стояли Ирина и Корольков. Против обыкновения, он не улыбался. На лице его было горестное недоумение. Ирина что-то горячо говорила, до меня долетели слова.
- И чтобы никогда, слышите? Чтобы никогда я вас больше не видела!
Он молчал, покусывая травинку. С тополя медленно слетел лист: жёлтый с одной стороны и седой - с другой. Наконец, Корольков спросил:
- Ну хорошо, допустим. Допустим, все было именно так. Но вы-то почему сердитесь? Ведь если бы в лодке были вы... Тогда я разумеется ни минуты нс колебался бы, это ясно! И вы это знаете.
