По воле Магии полностью

Рядом со статьей были две большие колдографии: юного красавца Сириуса Блэка в аврорской форме, с горящим взглядом и гордой осанкой, и Альбуса Дамблдора, снятого за трибуной Председателя Визенгамота, в лимонно-желтом балахоне с прыгающими по нему зайчиками цвета электрик и «тюбетейке» с золотыми зубцами, на которую так интересно упал свет, что она выглядела как корона. Дамблдор на колдографии стучал молотком и злорадно ухмылялся при этом. Чувствуется, что ассистенты Скитер провели огромную работу с колдографическим архивом, чтобы даже не читая статьи сразу было видно, кто тут «герой», а кто «злодей».

В Большом зале установилась полная тишина. Те, кто получал газету читали её сами и позволяли читать сгрудившимся вокруг них «безгазетникам». Главы Домов и преподаватели получали «Пророк» все (кроме Трелони, но её вообще мало что интересовало), поэтому все они прочли статью и были полны вопросов. Первой подала голос Минерва Макгонагалл:

— Альбус! Почему ты в очередной раз скрыл от нас важные вещи?

— Это совершенно вас не касается, — раздраженно ответил Дамблдор.

— Очень даже касается! Сириус Блэк — мой бывший ученик! Я имею право знать, преступник он или нет! Скажи нам сейчас правду!

— Правду устанавливает Визенгамот, а не я! — попытался уйти от ответа Альбус.

— То есть, возможно, Сириус сидит в Азкабане почти четыре года просто так? — закипала Минерва.

— Я не буду ничего комментировать до суда, — ответил Дамблдор, — у меня нет ответов на твои вопросы, Минерва. И я запрещаю всем задавать мне какие-либо вопросы, касающиеся этого дела. Это школа, а не редакция газеты, не Следственный отдел Аврората, не ДМП и уж точно не Визенгамот. Вы — учите, студенты — учатся. Всё!

— Хорошо, господин директор, — сверкнула на него глазами Макгонагалл, — мы вас услышали.

— Идемте учить! — громко предложил Флитвик, и все профессора разом встали и покинули Большой зал, за ними поспешили и ученики.

Не прошло и пяти минут, как Дамблдор остался один на своем троне посреди пустого Большого зала.

«Что-то я погорячился со словами, — подумал Альбус сходя с возвышения, — Минерва один из самых преданных моих соратников, а я её, кажется, обидел. Ну ничего, переговорю с ней попозже наедине». В одиночестве Альбус пошел к главным дверям Большого зала, и его шаги гулко раздавались в непривычной тишине.

Администрация церковного имущества Святого престола, Cortile di San Damaso 1, Ватикан

Кардинал Джузеппе Манчини работал над документами в своем рабочем кабинете. В данный момент он читал письмо из Конференции епископов Франции с просьбой о выделении помощи на ремонт церквей и часовен, которые не представляли большой исторической ценности и не находились под охраной Обсерватории религиозного наследия ЮНЕСКО, но являлись центрами богослужений в сельских поселениях и небольших городках. Кардинал Джузеппе Манчини устало потер лоб: хоть это напрямую и не относилось к делам Администрация церковного имущества Святого престола, но деньги нужно было выделить. «Столько было принято опрометчивых законов. Во Франции 90 тысяч, как они говорят, культовых католических строений, а на самом деле монастырей, церквей, часовен. Все они по закону от 1905 года об отделении церкви от государства были переданы во владение местным властям по месту их нахождения. И в этом же законе говорится, что муниципалитеты имеют право продать церковь или часовню, если в их стенах в течение шести месяцев не было ни одной службы. Конференция епископов Франции жалуется, что им не хватает собственных средств для поддержания их в надлежащем состоянии, муниципалитеты денег не дают, а прихожане не спешат на службы. Страшно представить, что настанет день, когда эти лягушатники начнут распродавать божьи храмы. Надо спешить, необходимо преодолеть этот кризис веры, люди должны убедиться в реальности дьявольских слуг среди нас и вновь уверовать в Бога, как защитника от козней Сатаны».