— Влад, вот скажи, что мы с тобой здесь делаем? — поморщился Гордеев.
— Я хочу увидеть свою дочь! Мы дождемся, когда детей выведут на прогулку, и ты мне ее покажешь.
— Влад, я уважаемый бизнесмен! У меня две встречи с партнерами на два часа дня назначено!
— Подождут твои встречи!
— Если так хотел дочку увидеть, почему в квартиру вместе с нашей пленницей не поднялся?!
— Она меня прогнала!
— Я бы тоже тебя прогнал на ее месте, если честно. Зачем ее трогал, если возвращаться не собирался? Предохраняться жизнь не научила?! Оставил одну с ребенком…
— Заткнись, Андрей! Без твоих нравоучений тошно. Я не знал! Не знал, что она родила ребенка!
— А сейчас зачем меня сюда привез? На нас уже охранник косо смотрит! Примет еще за похитителей детей, потом объясняйся с ним! А я, между прочим, даже позавтракать не успел!.. О, на другой стороне дороги есть небольшая кофейня! Погоди, я схожу, куплю себе кофе. Тебе взять?
— Нет.
Гордеев выбрался из машины, пригладил свою бритую голову, поправил кожаную куртку и быстро перебежал через дорогу.
Вскоре он вернулся с большим бумажным пакетом.
— Хочешь пончик? Я на твою долю тоже взял, — он деловито раскрыл пакет и достал оттуда обсыпанный сахарной пудрой пончик.
— Нет, не хочу! — рыкнул Залесский.
Какие пончики?! Ему со вчерашнего дня кусок в горло не идет! Катя устроила истерику и убежала; граната разворотила полдома, и до окончания ремонтных работ ему пришлось переехать в гостиницу; Оля названивает каждые полчаса, потому что сестрички-домработницы ей все рассказали! А Андрей лезет со своими пончиками!
— Ну, не хочешь, как хочешь…
Гордеев пожал плечами и принялся беспардонно поглощать пончик в сахарной глазури.
Детей строем начали выводить на прогулку. Пятнадцать пар, держась за руки, вышагивали за воспитательницей. Девочки и мальчики, в разноцветных пальто и курточках, шапочках и шарфиках, шли играть на детскую площадку.
Залесский впился взглядом в детей. Нет, эти маленькие совсем. Нет им еще пяти лет. От силы три-четыре года.
Будто подтверждая теорию, кто-то из малышей надрывно заплакал, и его поддержали еще двое.
Воспитательница на миг обернулась, но ничего не сказала. Повела детей на дальнюю площадку.
—Черт, Влад, они все на одно лицо!.. Как я твою узнаю?! — растерянно откусил пончик Андрей.
— Это не те… мне кажется, маленькие слишком.
Детей выводили снова и снова. У каждой группы была своя площадка во дворе.
Набрав в легкие побольше воздуха, Залесский принялся скользить взглядом по детям, но они разбегались, плакали, смеялись, играли… И как отыщешь среди толпы свою дочь, если ни разу в жизни ее не видел?!
По салону растекался приторный аромат дешевого кофе и пончиков. Почему-то Влада раздражал этот запах. Его все раздражало. Хотелось забрать у Гордеева картонный поднос и пакет, и вышвырнуть все за окно машины, к чертовой матери. Как он может вот так просто сидеть и самодовольно есть пончики, когда надо найти ребенка в такой толпе?!
— Может, подойти, спросить у охранника? — придумал Гордеев. — Как ее фамилия? Сейчас вспомню, погоди, я же вчера читал в свидетельстве о рождении… Смирнова Владислава Владиславовна! Язык сломаешь…
В груди неприятно царапнуло: Смирнова! Не Залесская, а должна быть Залесской!
— О! Вон она! В красной шапке! — подпрыгнул на своем месте Гордеев, и дешевый кофе расплескался по шикарной обивке салона.
Залесский вздрогнул и перехватил взгляд товарища. Девочка села на край лавочки, распрямила юбку в красно-белую клетку, засунула ручки в карманы короткой розовой курточки и что-то чертила черным сапожком на песке. Из-под красной шапочки выбивались непослушные черные волосы, а густые черные бровки сошлись на переносице. Она была ниже остальных детей. Как все новенькие, Влада не особо желала общаться. Достала куклу из кармана и принялась с ней возиться. Яркое осеннее солнце играло, заливало светом лавочку и маленькие детские ручки, теребящие куклу в самодельном наряде.
У Залесского что-то свело в груди. Вмиг стало нечем дышать. Он выбрался из машины и медленно подошел к высокому забору. Его дочь… «Почему она такая маленькая?! На голову ниже всех… И одна. Совсем одна! А воспитательница уткнулась в свой сотовый, а могла бы вовлечь детей в какую-нибудь общую игру! Видит же, что ребенок сидит отдельно от остальных…» — с досадой подумал он.
Какой-то мальчик в черной шапке и объемной серой куртке пробегал мимо и с силой ударил ее в плечо. Девочка вздрогнула, кукла выпала у нее из рук. Маленький разбойник уверенно наступил на лицо игрушки и втоптал ее в песок.
Залесский вздрогнул. В глазах потемнело. Все, чего ему хотелось в этот момент — это закопать в песочнице задиру, который был на голову выше и в два раза шире его дочки!
Влада бросилась к растерзанной кукле. Выкопала ее из песка и в следующий миг как коршун кинулась на не ожидающего ответной атаки обидчика. С силой толкнула его в спину, и тот полетел на дорожку. Ударился лицом о бордюр и рассек губы и нос. Раздался дикий рев.
