По закону буквы полностью

А в то же время, и это будет существенным «во-вторых», каждому гражданину Советского Союза в принципе нужно, кроме своего родного языка, усвоить и язык межнационального общения всей страны нашей, язык русский. Если он с детства, изучая свой язык, уже знакомится с графикой нашей «гражданки», это облегчает ему впоследствии овладение русской письменностью…

Широко разошлась гражданская азбука наша среди народов СССР. Я не упомянул, что ею пользуются (с самыми ничтожными изменениями) братские украинский и белорусский народы: просто мне это кажется общеизвестным. B почти неизменном виде использована она Болгарией. Значительная часть жителей Югославии, сербы, также применяют ее, добавив ряд букв, обозначающих специфические сербские звуки. Хорваты, второй по численности народ Югославии, издавна приняли латиницу. А кроме того, надо отметить, что с 1941 года перешла на новую письменность, построенную на основе русского письма, Монгольская Народная Республика; новая азбука заменила собой чрезвычайно сложную систему письма буддийских книг и рукописей, которыми пользовались преимущественно в культовых целях.

Как видите, поле применения гражданского русского шрифта растет и ширится. Значит, принцип, положенный в его основу, лежавший в основе общеславянского алфавита — кириллицы, был с самого начала удачным и верным. Иначе письмо это не выжило бы, как не выжило в свое время руническое письмо скандинавских народов, хотя, если судить по внешности, руны ничем не хуже других письменных знаков мира.

Теперь уже не установишь, почему в финикийской азбуке первое место занял именно знак для звука «а» — «алеф».

Когда я говорю «для звука «а», это надо понимать с оговорками: звуков «а», как мы еще увидим, у разных народов — множество, почти у каждого — свой.

В старину языковеды почитали «а» воистину «первым из звуков». Думали, будто гласные «е», «и», «о», «у» постепенно развились из «благороднейшего» звука «а».

Этот ученый миф был затем оставлен. Мы считаем все звуки всех языков равно благородными и равноправными между собою.

Уж бесспорно, расположение букв в азбуках не может быть объяснено качествами их звуков: тогда оно должно было бы быть во всех алфавитах одинаковым. По-видимому, все европейские азбуки в той или иной мере повторяют (с небольшими отклонениями) порядок, заданный некогда в Финикии и позднее подхваченный греками.

Мы уже встречались с изображением «бычьей головы» древнего «алефа»; повторим его рисунок еще раз, чтобы вам, вглядываясь, было легче представить себе, как «морда тельца», расположенная в древности горизонтально и глядевшая влево, повернулась и стала не иероглифом «бык», а знаком для первого звука слова «алеф» — .

С тех пор «голова» эта стоит в начале всех европейских азбук.

Русский язык не склонен начинать слова с буквы А. Это, пожалуй, стоит запомнить. Русских слов, у которых в начале стоит А, немного. Те слова, которые начинаются с А, подозрительны по своему происхождению: «аист» — не иностранец ли, не иммигрант ли он как слово?

Внимательный человек запротестует: а как же такие чисто русские слова, как «атава», «абабки» (грибы) и т. п.? Но только в областных словарях вы найдете их в таком написании: в словаре литературного русского языка вы встретите «обабки», «отава». В чём дело? Дело в том, что в так называемых «акающих» говорах русского языка буква О, когда она стоит не под ударением, может произноситься как «а».

Таким образом, А в начале слова может служить «лакмусовой бумажкой» для разоблачения слова-иностранца (ниже мы увидим, что таких «реактивов» не один, а несколько).

Владеющие иностранными (европейскими) языками знают, что буква А в них сохраняет свою форму, сходную с нашей А, и вроде бы везде выражает один и тот же звук, равный нашему звуку «а».

Однако, углубившись в этот вопрос, легко заметить, что дело обстоит куда сложнее.

Начнём с французского языка. Вот два слова: mat и mât. Первое — «шахматный мат», а второе — «мачта». Мы, русские, даже сравнительно свободно болтая по-французски, произносим оба слова одинаково и слышим тоже как одно слово. Для француза же они звучат совершенно различно: в первом он слышит обычный звук «а», во втором — долгий, и произносит их неодинаково.

Нам это неожиданно: все гласные у нас равны по своей долготе; тяни сколько угодно «а» в слове «рак», оно от этого не станет означать «окунь».

Во Франции иначе: значок «аксан сирконфлекс» — крышечка — над А и другими гласными буквами показывает, что слово здесь когда-то было сложнее по составу, например, что оно заимствовано из другого языка и только потом упростилось, а его звук «а» стал долгим.

В чешском же языке все гласные звуки обязательно бывают или краткими, или долгими и поэтому «пас» с кратким «а» будет обозначать «горный проход», а с долгим «а» — «пояс».