Потрясенная, Люсинда отпрянула. Хьюго было больно ранить ее, но это помогло, потому что теперь все внимание Денби сосредоточилось на нем. Граф взвел курок.
— Негодяй. Вы надеетесь, что меня повесят, если я убью вас. — Его распухшие губы скривились в улыбке — так мог бы улыбаться череп. — Но вы ни в чем не виноваты, Уонстед. — Он кивнул в сторону Люсинды. — Вот ее нужно наказать.
— Бога ради, Денби, — сказал Вейл. — Опустите пистолет. Мне это уже надоело. Графиня, садитесь в карету, если вам дорог этот ребенок.
Денби в бешенстве посмотрел на Вейла. Пистолет дрогнул.
Хьюго приготовился прыгнуть. Люсинда бросилась между ним и Денби. Хьюго отшвырнул ее в сторону одной рукой, другой ударил по пистолету.
Раздался выстрел. Потом еще один. Денби промахнулся и упал, потеряв равновесие. Люсинда рухнула на землю.
— Нет! — закричал Хьюго.
Хьюго опустился на колени рядом с Люсиндой, добежав до нее как раз перед тем, как подоспела Кэтрин.
— Славный выстрел, ваша светлость, — произнес Скрипе.
— Я думаю, она в обмороке, — сказала Кэтрин. Она опустилась на колени и принялась растирать руки Люсинде. — Постлтуэй, в моем ридикюле есть нюхательная соль. Найдите ее, пожалуйста.
Постлтуэй порылся в ридикюле. Хьюго перевел взгляд с мертвого Денби на Вейла, который, морщась от боли, прислонился к карете.
— Благодарю за помощь, ваша светлость, но вам не следовало его убивать. Вы предстанете перед судом пэров.
Вейл через силу улыбнулся:
— Это единственное, что я мог сделать, мой дорогой. Не думаю, что в Англии найдется суд, который обвинит меня. Это ведь самозащита.
— Само… — Капля чего-то темного и густого упала на безупречно начищенные сапоги герцога. — Господи, дружище, вы ранены.
— Да, — отозвался герцог, в его глазах, полных боли, блеснуло озорство. — Дьявольски повезло.
— Ваша светлость, — сказал Скрипе, — дайте-ка, я пущу в ход мои гляделки. — Он расстегнул сюртук на герцоге и стянул его с одного плеча. Потом расстегнул черный жилет; показалась белая рубашка в пятнах крови, с дырой у самого плеча. Скрипе вытащил носовой платок в пятнах.
— Господи, — сказал Вейл. — Надеюсь, он чистый?
— Ясное дело, чистый, — пробормотал Скрипе и стал стягивать руку жгутом.
Хьюго повернулся к Люсинде. Глаза у нее были открыты, и она смотрела, не отрываясь на неподвижное тело Денби.
— Он мертв?
— Да, дорогая, — сказала Кэтрин. — Без сомнения. Люсинда вздрогнула и отвела взгляд.
— Где София? — шепотом спросила она. Девочка выглянула из дверцы кареты.
— Плохой дядя ушел? — спросила она.
Люсинда рассмеялась сквозь слезы. Хьюго тоже не сдержал слез. Вот дурак. Он отодвинулся от Люсинды, хотя жаждал заключить ее в объятия. Но если он это сделает, дороги назад уже не будет. Когда он смотрел, как она падает, ощущение полной беспомощности заставило его застыть от ужаса. При этом он с беспощадной ясностью понял правду. Герцог рисковал жизнью, чтобы спасти ее. Герцог оказался намного благороднее, чем он сам.
Малышка спрыгнула со ступенек кареты, а Постлтуэй и Кэтрин помогли Люсинде подняться. Скрипе достал из кареты одеяло и накинул его на мертвого Денби.
Люсинда повернулась к герцогу.
— Благодарю вас, ваша светлость, — сказала она сухо. — Я так и не поняла, почему вы это сделали, но благодарю вас за помощь.
Взгляд Вейла смягчился.
— Я знаю, что вам пришлось пережить, дорогая. Знаю, что вы считали меня человеком безнравственным. Вы же меня просто поразили. — Он покачал головой. — Я думал, вы уедете к родителям после того, как я дал вам понять, какого рода загородный прием задумал устроить этот болван.
— Н-но ведь это вы втягивали его в порочный и беспутный образ жизни. Все идеи исходили от вас.
Скрипе туго затянул жгут, Вейл поморщился.
— Виноват, увы. Это был единственный способ, который я смог придумать, чтобы держать этого негодяя подальше от вас. — Он на секунду закрыл глаза. — Мне жаль, что он заставил вас страдать, дорогая. Не находись я в своем поместье, когда он сделал вам предложение, я не допустил бы, чтобы он женился на вас. Я знал, что он негодяй. Что ему нужны не вы, а ваше приданое. Но он очень торопился со свадьбой, и когда я вернулся в Лондон, было уже слишком поздно.
Хьюго полагал, что Люсинда упадет в объятия своего спасителя. Нет сомнений в том, что Люсинда дорога ему. Он рискнул ради нее жизнью. Именно такого мужа заслужила Люсинда — обаятельного, богатого и явно влюбленного.
Однако Люсинда не шелохнулась. Герцог обвел взглядом всех, кто находился поблизости, и вопросительно посмотрел на Хьюго.
Люсинда пристально смотрела на него. Хьюго покачал головой и попятился к изгороди, где стоял Гриф.
Герцог глубоко вздохнул. Улыбка появилась на его тонких губах — редкий случай, — превратив его из циничного дьявола в мрачного ангела.
— Леди Денби, — сказал Вейл, — почту за честь, если вы согласитесь стать моей женой.
