Но здесь был Каридин, и он был крупнее всех големов. Невероятно сильный, неуязвимый и неостановимый, он крушил всё на своём пути. Бронвин отметила, что он и без неё справляется, и сосредоточилась на Бранке, которая мечом владела не хуже, чем кузнечным молотом. Бронвин парировала её выпад кинжалом, и, хитро вывернув руку, ударила гномку гардой по костяшкам пальцев. Раздался хруст, и Бранка вскрикнула от боли. И всё же силы оказались почти равны: Бронвин полагалась на больший рост и длину рук, а Бранка на устойчивость и прочную броню.
Огрен в кровавом безумии берсерка выписывал круги секирой, с каждым ударом откалывая от големов по крошащемуся каменному куску. Бронвин хотелось знать, на чью сторону он в итоге встанет. Может, он и её не поддержит, так же, как не поддержал Бранку. Хотя сейчас это неважно.
Вынырнув откуда-то из-за спины Бронвин, Зевран усмехнулся и, подпрыгнув, извернулся в воздухе и атаковал Бранку сбоку. Краем глаза Бронвин видела, что големами занялись маги, замораживая их и дробя заклинаниями Каменного кулака.
Бранка снова ударила щитом, вынуждая Бронвин отпрянуть ближе к магам и големам. Бронвин увернулась, отбросила оружие и, упав ничком, пнула Бранку в колено.
Бранка взвыла, падая на Бронвин, но тут же скатилась с неё, оглушённая. Щит и меч она так и не выпустила из рук, но воспользоваться ими всё равно не могла — лежала лицом вниз. Но силы ей было не занимать, и гномка попыталась подняться и скинуть Бронвин. Бронвин снова пнула Бранку в спину и схватила за голову, изо всех сил скручивая её набок. Шея Бранки давно уже должна была сломаться, но Бранка была гномом, не человеком. Издав вопль досады, Бронвин принялась колотить голову гномки о камень.
Броска увидела, как они сражаются на полу, и радостно заорала. Подбежав к ним, она вонзила кинжал в руку Бранки, державшую меч. Зевран вырвал у Бранки щит. Гномка взревела и полезла здоровой рукой за потайным кинжалом, но Бронвин дёрнула её за локоть, сломав ей руку, а потом правой рукой извлекла свой кинжал, вонзила его в незащищённую шею Бранки и навалилась всем своим весом, ломая противнице хребет. Судорожно вздрогнув, Бранка застонала и затихла.
Големы Бранки тоже пали, развалившись на обломки по полу пещеры. Как и один из големов Каридина. Бронвин заставила себя подняться и подойти к массивной фигуре Каридина, желая поскорее покончить со всем этим. Рассеяно она вытерла кровь Бранки с лица и оглянулась назад. Огрен смотрел вниз, на безжизненное тело Бранки и качал головой. Бронвин надеялась, что он не потеряет разум от горя и не захочет отомстить. К счастью, он казался вымотанным и уставшим из-за берсерской ярости.
— Ещё одна жизнь пала жертвой моего изобретения, — печально произнёс Каридин. — Я хочу, чтобы о Наковальне навсегда забыли.
— Ага, ты не шутишь, — буркнул Огрен. — Сумасшедшая. Я всегда знал, что Наковальня убьёт её.
— Мне жаль, что до этого дошло, — сказала Бронвин и шагнула к Каридину. — Я выполню твою просьбу и уничтожу Наковальню, но ты должен помочь мне и оказать поддержку новому королю.
Каридин помолчал, раздумывая.
— Твоя просьба разумна. Я поработаю молотом в последний раз, и ты получишь корону и коронуешь любого по своему выбору. Нет. Не называй его имени. Я не желаю слышать и знать о нем что-либо. Я слишком долго жил.
Медленно, словно против течения реки, Каридин и его големы взошли на выступ скалы, где стояла сверкающая Наковальня. Они посовещались, а затем зазвучали удары молотов о металл.
Между тем, Андерс занялся исцелением глубоких царапин у Лелианы, сломанного носа Каллена, ушибов и порезов у остальных. Как только все смогли стоять на ногах, Тара, Броска, Зевран и Лелиана начали обыскивать тела и пещеру, ища сокровища. Их оказалось довольно много.
— Давайте передохнем и поедим, — предложила Бронвин. — А ещё, я хочу, чтобы каждый собрал немного лириума. Продавая его, мы обеспечим себя на долгие годы, сэкономив при этом кучу золота. Но будьте осторожны и не дайте лириуму попасть на кожу.
Огрен поднял Бранку на руки и бережно отнёс её к расщелине в камне. Он осторожно положил её и скрестил ей руки на нагруднике. Бронвин наблюдала за ним издалека, не желая вмешиваться.
Он тяжело опустился на камень и жестом показал, что закончил. Бронвин присела рядом, ожидая, когда он заговорит. Огрен провёл рукой по своим ярко-рыжим волосам и проворчал:
— Все закончилось примерно так, как я себе представлял. Готова вернуться и поделиться новостями? Эти деширы пытались разрушить город годами. До сих пор не удалось.
Он воспринял смерть жены легче, чем Бронвин ожидала. Возможно, в своём сердце он давно похоронил Бранку.
— Обратно мы пойдём быстрее, — улыбнувшись, сказала Бронвин. — Если нам повезёт, мы не встретим порождений тьмы в уже расчищенных нами тоннелях. Я совсем не против, если обратный путь окажется легче.
— Я тоже.
