— Нет, не очень, сразу за грядой! — захныкал мальчик. — Вы же нам поможете? Вы не похожи на злых, но я боялся показаться. Тут иногда бывают плохие люди.
— Смею предположить, что так оно и есть. Пойдём. Нам надо поговорить с твоей мамой. И ты не сказал мне своё имя.
Его имя, как выяснилось, было Конн, и он никогда не ездил на лошади верхом. Морриган закатила глаза, но не стала возражать против его присутствия, и что отряд отклонился от намеченного пути. Она незаметно отстала, чтобы сменить форму, а Бронвин посадила мальчика на круп своего коня и велела держаться за неё покрепче.
— Но Таррону не понравится, если я уеду, не предупредив его! Что, если он вернётся назад и не будет знать, где мы?
Бронвин молча возблагодарила родителей за то, что заставляли её присутствовать на скучных визитах своих арендаторов. Она знала, как говорить с этой женщиной. Её звали Мерта, жена Таррона Гэйла.
Дом оказался небольшим и аккуратным: там была кухня, совмещенная с общим залом, дверь в маленькую спальню, дверь в кладовую и лестница на чердак, где спали старшие дети. Всего детей было четверо. Старший, Конн, и три девочки-погодки. Младшая, только-только научившаяся ходить, тут же потянулась к Скауту пухлыми ручонками, улыбаясь ему во весь рот.
— Вы можете оставить ему записку, в которой сообщите, что отправитесь в Лотеринг, — спокойно сказала Бронвин. — Вам надо погрузить вещи на телегу, запрячь волов и уезжать сейчас же.
Бледная беременная женщина посмотрела на Бронвин, губы её дрожали.
— Таррону не нравится, когда я что-либо делаю, не сказав ему. Ему не нравится, когда я начинаю строить какие-то планы.
Для подобного вздора не было времени.
— Вы можете сказать ему, что Серые Стражи приказали вам уехать в Лотеринг. И это абсолютная правда. К тому же, мы в Ферелдене, а здесь каждая женщина имеет право «строить какие-то планы», особенно когда дело касается безопасности её детей!
— Да, миледи!
Бронвин строго посмотрела на женщину.
— Алистер и я запряжём ваших быков. Соберите всю еду, какая есть в доме.
Мерта колебалась.
— Сэр, миледи. Вы уверены, что это порождения тьмы? Таррон говорит, что это всего лишь россказни банна Сеорлика, который хочет прибрать к рукам южные угодья.
— Ещё как уверены, — сказал Алистер.
Морриган вошла в дом, презрительно осматриваясь.
— Зачем мы тратим время? Пусть сама убедится!
Женщина поражённо уставилась на Морриган.
Бронвин поспешно сказала:
— Эта леди с нами. И да, порождения тьмы наступают. Я лично сражалась с ними несколько дней назад. Королевская армия только что разбила их в крупном сражении, но выжившие бежали. Они уже рядом, а вы живёте слишком уединённо для того, чтобы чувствовать себя в безопасности. Я больше не хочу ничего об этом слышать. Оденьте детей потеплее.
В доме не оказалось пергамента, чтобы написать записку. Бронвин достала один из седельной сумки и написала чёткими, крупными буквами “МЫ УЕХАЛИ В ЛОТЕРИНГ”. Она ощутила удовлетворение, прибивая записку к столу. Таррон мог оказаться вовсе не таким уж плохим парнем, каким он ей представлялся, но она услышала о нём больше, чем ей хотелось.
Мальчик и старшая девочка оказались куда как полезней их матери, которая в замешательстве металась среди своих пожитков. Девочка загнала цыплят в клетку и поставила её в повозку, выгнала овец на луг, чтобы им не пришлось голодать в загоне. Мальчик, страстно желающий поскорее уехать отсюда, указал Бронвин на поднимавшийся над деревьями столб дыма.
— Там усадьба Маккея. Она всю ночь горела.
— Его мы тоже будем спасать? — насмешливо спросила Морриган. — Мы будем ходить от одной хижины к другой и спасать людей, у которых не хватает ума на то, чтобы спастись самим?
Бронвин стало плохо от осознания того, что ждёт людей, оставшихся в маленькой долине Фэйборн, но она понимала, что Морриган права.
— Нет, — вздохнула она. — Не будем. Мы уже потратили на это целый день. Мы не можем спасти их всех.
Она подумала, что Морриган после этих её слов стала выглядеть слишком уж самодовольно, и сердито посмотрела на неё.
— Но этих людей я спасу.
Она теряет время. Она теряет время. Эта мысль терзала её, когда она упаковывала свечи и канделябры. Её миссия была гораздо важнее спасения одной фермерской семьи. Но уйти означало обречь их на верную смерть.
Алистер уже впряг волов в повозку и сейчас терпеливо грузил в неё корзины, одеяла, маслобойку, перину и два копчёных окорока. Морриган развлекалась тем, что насмехалась над детьми и собирала свисавшие с потолка сушёные травы и цветы.
— Пузырчатый корень, — пробормотала она. — И я знаю, что с ним делать.
Мальчик вывел из стойла дойную корову и привязал её к задку повозки. Из-за этого их скорость упадёт вдвое, и это в лучшем случае. И почти наверняка им придётся разбивать лагерь для ночлега. Бронвин раздражённо потёрла затылок, сердце кровью обливалось, стоило ей подумать о срыве их планов. Насторожив уши, Скаут уставился на лес. Он стоял с подветренной стороны и не мог учуять никаких запахов: все они оставались в непроходимой чащобе.
