И пусть друг детства, Генка Корольков говорит, что пить в одну харю, первый шаг к алкоголизму, она позволит себе в это не поверить. Никакого алкоголизма у Лиды нет, и не предвидится.
Она просто поднимет себе настроение. Лида составила план, что и в какой последовательности будет делать. Сначала протрёт пыль, потом почистит хрустальную посуду, пропылесосит ковёр.
И не забыть, что нужно петь. Лида запела. Свою любимую.
– По улице Пикадилли
я шла, ускоряя ша-а-а-г.
Когда меня Вы любили,
я делала всё не так.
Лида оборвала пение. А что она сделала не так? А, плевать!
– Вы гладили ворот шубы и,
глядя в мои глаза,
искали губами губы,
и всё, что искать нельзя…
Блин, чего-то песня невесёлая. Даже плакать захотелось. Так, надо песню сменить. Хотя, нет! И Лида снова заголосила.
–По улице Пикадилли,
Я шла, ускоряя шаг…
Вздрогнула. В дверь кто-то позвонил. Лида прикусила язык. Наверное, соседям песня не очень понравилась. Или Лида слишком громко пела. А у соседей маленький ребёнок. Надо же, как неудобно.
Лида сделала виноватый вид и открыла дверь. Тут же сделала резкое движение, чтобы захлопнуть её. Потому что это был нежеланный гость. Катков. А дверь закрыть не получилось, гость подставил ногу.
–Гостей принимаете?
Лида сузила глаза.
–Нет. А тем более-таких. Уходи. Или я начну кричать.
–Кричи. Соседи подумают, что ты поёшь. Я тут под дверью долго слушал, как ты вопила. Громко и душевно.
–Я пела.
–Странно, а я другое подумал.
–Чего тебе?
–Я в гости пришёл. Мириться.
–Мы с тобой не ссорились. Я просто не хочу тебя видеть.
–А я хочу. Представь себе.
–Слушай, тогда я точно напишу заявление. И тогда тебе не отвертеться. Потому что, это -моя квартира и тебя никто в гости не звал.
–Лида, мне поговорить с тобой нужно.
–Я боюсь тебя.
–А ты двери не закрывай.
Лида вздохнула.
–Проходи. Только ненадолго. У меня работы много, на сегодня у меня генеральная уборка запланирована.
–Хочешь, помогу?
–Вот, этого не надо. Ты мне уже помог. Личное счастье устроить.
–Да, я слышал. Мой гнилой братец…
–Кто бы обзывался! Сам-то! Если бы не твоя гнилая натура, ничего бы не случилось. У нас на начало марта свадьба была запланирована.
–А ты и платье прикупила?
–Пока нет.
–А хочешь, я на тебе женюсь? Тем более, что мы с тобой, вроде как…
–У нас с тобой ничего не было! Ни вроде как, ни без вроде -как.
–Ладно. На кухню пригласишь? Я бы поел.
Лида от гнева задохнулась.
–Ну, ты и наглец!
–Ага! Есть малёха. А я тут, не с пустыми руками. Правда, покорми меня, а?
–Только не надо прикидываться сиротой. Пошли, накормлю.
Лида делала бутерброды, Лёшка, сидя за столом, нарезал колбасу, открыл банку икры, что принёс с собой. Лида вскипятила чайник, достала чашки. Достала из морозилки и сварила пельмени.
Катков потянул носом.
–У-у, как вкусно пахнет! Сама пельмешки лепила?
Лида кивнула.
–Сама.
–Тогда я точно на тебе женюсь. Я за пельмени родину продам. А если ещё и со сметаной и маслом…у тебя есть сметана?
–А не слипнется?
–Не-а. Давай, скорее, а то слюной захлебнусь.
–Это было бы здорово.
–Ты чего такая кровожадная? Тебе что, труп в квартире нужен?
–Рот закрой.
Лида поставила перед Катковым тарелку пельменей, выставила баночку со сметаной и маслёнку. Тот густо смазал дымящуюся вкуснятину сметаной, туда же кинул масла. Лида поморщилась. Это же несварение желудка может быть.
Катков, на удивление, ел аккуратно, не чавкал, и не сопел. Доел пельмени, правда, напоследок сделал не очень интеллигентный поступок -куском хлеба вымакал всё, что было в тарелке.
Отодвинул тарелку.
–Лид, а ты борщ варить умеешь?
Лида ответила машинально.
–Умею. Но борща у меня нет.
Спохватилась.
–И не рассчитывай, что я приглашу тебя ещё и на борщ.
Лида пельмени есть не стала, она равнодушно жевала бутерброд с икрой. Не пропадать же добру, банка открыта, а икра может пропасть, если её не съесть. Но это было её заблуждение. Икра была съедена. Нечему портиться.
Катков погладил себя по животу.
–Ну, спасибо. Накормила.
Сделал заискивающее лицо.
–А может, пойдёшь за меня замуж?
Лида рассердилась.
–Ты что, поесть ко мне приходил? Ты сказал, что поговорить со мной хочешь. Блин, ты мне все планы на сегодня разрушил. Накрылась моя генеральная уборка.
–Не выражайся.
–Короче, или ты говоришь, зачем пришёл, или уходи. Хотя, мне и так понятно -зачем. Пожрать пельменей.
–Ладно. Лида я прошу у тебя прощения. Положения это, конечно, не исправит, но у меня хотя бы совесть чиста будет.
–Я тебя умоляю! Твою совесть и пемоксолью не отчистишь.
–Согласен. Но всё же попробовать стОит. Так вот. Что-то во мне такое произошло, после истории с тобой. И знаешь, я долго думал. Нет, не скажу, что мне с тобой было общаться неприятно. Очень даже приятно. Но ты во мне что-то пробудила. Одно дело, дамочек ловить, пользоваться ими, и совсем другое -своё счастье, собственное. И такая зависть меня обуяла, когда увидел, как твой Олег вокруг тебя крылом шуршал. И ты, хоть и пьяная, а такими глазами на него смотрела…Завидно мне стало. И решил я…короче, дальше сама знаешь. Хотя, нутро у меня, в самом деле, гнилое. Признаюсь.
