Иными словами, при меркано-росской войне Светлейший будет выжидать, дабы, при возможности, укусить проигрывающего. И откусить у него что-нибудь стратегически важное. То есть, если Росская империя станет выигрывать, он укусит Орден… Вот только не факт, что мы способны начать выигрывать. Перевооружение перевооружением, но у Вершителя немалые материальные и людские возможности…
Вот бы привлечь Усмана к себе… Да так, чтобы он не просто не вмешивался, а помог. То есть стал союзником…
Только черта с два от него дождешься помощи в войне!
Эх, жаль, конечно, что он, Осетр, потерял те свои возможности, что пригодились ему, когда он сбежал из застенков отца! Встретился бы с Усманом, «поговорил»… И союз в кармане! На отца, правда, они не подействовали…
Но если проанализировать всю свою жизнь после того, как ввязался в политическую борьбу, новые способности появлялись неожиданно и как нельзя кстати. Не раз спасали жизнь, не раз помогали добиться своей цели.
Одно слово — избранник. Вернее, не одно, а два — избранник судьбы.
И вот теперь судьба опять наградила его новыми, доселе никогда не испытанными способностями. Пусть и очень ненадолго. У судьбы ничто не происходит зря! Раз появилась возможность видеть и слышать глазами и ушами Найдена, значит, она зачем-то потребовалась. Зачем? — вот вопрос! Не с целью же спасти товарища, в самом деле! Для этого вполне достаточно малочисленного десанта, сброшенного с орбиты на столицу Ибн-Джухайяма. Засек местоположение арестанта по генетическому коду, послал пару взводов… ну, от силы роту… забросал тюрьму гранатами с усыпляющим газом, взломал тюремные двери, забрал парня — и патрон в обойме! И никаких подарков тут не требуется… А международный конфликт для нее, для судьбы, не имеет никакого значения… Не имеет ли? Ладно, тут думать — голову сломаешь!
Вернемся к главному — для чего же предназначался сей подарок?
В принципе, похоже, только для того, чтобы показать Осетру: на Ибн-Джухайяме находятся визирь государственной безопасности ибн Аль-Масуд и лучший халифатский ментал Джамил-заде. Больше, если не считать охранников в тюрьме да захвативших Найдена сотрудников безопасности, Осетр глазами Найдена никого не видел.
Заметим, что судьба никогда не подводила своего баловня. И вряд ли подведет теперь. Из этого и станем исходить.
Значит, господа визирь и щупач совершили на планету тайный вояж.
Что ж, займемся тем, чтобы этот вояж продолжился.
Покинув чайхану, он первым делом отправился в ближайшую прокатную контору и арендовал на несколько дней водородник — дальше без собственного транспорта работать будет невозможно.
Пешком много не набегаешься…
Подогнал машину к площади, на которой располагалось управление госбезопасности, и оставил на одной из прилегающих улиц, в месте, откуда просматривался вход в здание. Потом провел знакомство с окружающей местностью — нужно было знать, где расположен ближайший туалет.
Нашел.
А потом перебрался к дому толстяка Ибрахима, потолкался возле него туда-сюда и отправился прочь. Вскоре засек хвост. Довел его до ближайшего универсального магазина и там сбросил.
Поскольку теперь соглядатай мог быть только новобагдадцем, вскоре о появлении нового кандидата в подозреваемые станет известно визирю ибн Аль-Масуду. И тот уже отсюда не улетит.
Ни в коем случае!
К ночи Осетр вернулся к дому толстяка Ибрахима. Воспользовался общественным транспортом — арендованная машина осталась неподалеку от управления госбезопасности.
Кокон Фогеля использовать на сей раз не стал — пришел не для того, чтобы прятаться.
Сейчас ему предстояло сыграть ту же роль, какую играл прежде Найден. Приманка для бедных рыбок, которые считают себя рыболовами…
А вот очки-«змееглазы» надел. И энергопоглотитель, на всякий случай.
Когда он прошел мимо дома в третий раз, родилось «росомашье» чувство тревоги.
Разумеется, его ждали.
Душа вдруг наполнилась сомнением — способен ли он на былые подвиги? Не укатали ли сивку крутые горки?
Тревога постепенно нарастала.
«Ты способен, — сказал он себе. — Еще как способен! Зря, что ли, не прекращал тренировок!»
И гнилое сомнение улетело в небытие, на смену явилась решительная уверенность в собственных мышцах.
Он постоял возле дома пару минут, а потом стремительным шагом двинулся прочь. И тут началось.
Послышался нарастающий гул приближающегося водородника. Рядом взвизгнули тормоза. Потом еще.
Из первой машины выскочили пятеро. Из второй — еще столько же.
Мышцы и нервная система переключились в боевой режим. Движения всех окружающих мгновенно замедлились, будто все они попали в тягучий мед.
Первая пятерка ринулась к Осетру. Для нападавших ринулась — для него поползла. Один из них был вооружен гасильником.
К нему Осетр и устремился. Отбил поднимающуюся руку в сторону, цапнул за запястье, вывернул. Указательный палец противника еще не успел коснуться кнопки выстрела, а ее на нужном месте уже не было.
Потому что гасильник оказался в руках Осетра.
