— Сканеры планетной стражи Ибн-Джухайяма ничего зафиксировать не смогли, но у меня нет оснований не верить вражеским агентам — допрос проводился с помощью суперпентотала, а под его воздействием не врут.
— Иными словами, реальных доказательств нарушения границы у нас нет.
Анвар ибн Аль-Масуд развел руками:
— Реальных нет, о Светлейший. Добавлять ничего не стал.
Впрямую говорить халифу о технологическом отставании страны — значило дразнить шакалов… По собственной же холке и получишь!
— И что же неверные делали на нашей территории?
— Пасли других неверных, о Светлейший. Мы взяли еще и росского агента. К сожалению, с него снять ментальный блок не удалось, и при допросе он погиб.
Светлейший откровенно поморщился:
— Неужели Джамил-заде не справился?
— Увы, о Светлейший… Но есть и хорошая новость. Сканеры планетной стражи засекли, что на входе в атмосферу было сбито малое транспортное средство. Определить — чье оно — не удалось, но тут два варианта: либо мерканцы сбили россов, либо россы мерканцев. В любом случае налицо конфликт между неверными.
— Что ж, это уже лучше… Для официального демарша данных, конечно, не хватает. Но в средствах массовой информации можно поднять шум. Я прикажу великому визирю начать пропагандистскую кампанию. Не помешает…
«Ага, — подумал Анвар ибн Аль-Масуд. — Правда, умные люди непременно зададут себе вопрос: почему это на нашей территории находится чужой корабль, а мы не способны помешать ему?»
— У меня вот какая мысль появилась, о Светлейший… Я думаю, россы заинтересованы сейчас в обретении союзников. Может, нам предложить им такой союз? Если провести переговоры с учетом собственных интересов, мы сможем получить от союзников новые технологии и провести кардинальное перевооружение флота… Почему бы визирату иностранных дел не прощупать обстановку в этом направлении?
Светлейший возмущенно фыркнул:
— Занимайтесь своими делами, визирь, и не лезьте в чужие. Россы — не идиоты, чтобы продавать нам новые технологии. И вообще… Пока я жив, Новобагдадский халифат никогда не пойдет на союз с неверными. Я этого не позволю — ни вам, ни кому-либо другому… Если не согласны, можете готовиться к отставке и передаче дел преемнику!
Вот так, прямо в лоб! И думать не смейте!.. Слишком стар ты стал, Светлейший. Вечная беда всех правителей: молодому не хватает мудрости, пожилому — гибкости. Не уйти им вовремя на покой, всегда стремятся законсервировать ситуацию, в которой их власть была незыблемой. Да только краток этот миг! И надо меняться внутри вместе с изменениями вне. Но такое, видимо, присуще только Аллаху…
Анвар ибн Аль-Масуд поклонился:
— Я понял, о Светлейший! Это была не слишком умная мысль, да пребудет с нами милость Аллаха!
— Рад, что вы поняли. Продолжайте работать над задачей столкнуть неверных лбами друг с другом. Это — лучшее, что вы можете сделать для трона и халифата.
Уже покинув дворец, Анвар ибн Аль-Масуд подумал, что повел себя достаточно глупо.
Нельзя было лезть к Светлейшему напрямую. Как бы тот не заподозрил своего визиря в пророс-ских настроениях… Впрочем, это не столь страшно. Впредь будем вести себя тихо. Ни в какие разговоры на эту тему не вступать. Избегать ответов на прямые вопросы. Даже если Усман XI предположит, что визирь государственной безопасности прощупывал его в интересах какой-либо внутренней группировки, нацеленной на союз с Росской империей, он быстро успокоится, поняв, что никакой реальной внутренней силы за ибн Аль-Масудом нет. Что же касается внешней… Надо срочно отправить секретаря росского императора к своему правителю с донесением. Конечно, гораздо безопаснее было бы убить его, но это, к сожалению, невозможно. О целости своей шкуры думать, конечно, надо, но в полной безопасности себя чувствует только тот, кто совершенно ничего не делает. Да и там все зависит от воли Аллаха. И на лежащего бездельника может упасть дерево…
Но торопиться пока не станем!
Несколько дней визирь размышлял, как себя вести дальше. Теоретически, конечно, следовало бы прощупать настроения в среде высокопоставленных чиновников. Однако Анвар ибн Аль-Масуд и так знал, что поддержки он среди них не найдет.
Светлейшего окружали лизоблюды и трусы. Собственно, он и сам, Анвар, недалеко от них ушел. И никогда бы не нацелился против Усмана, не случись эта встреча с неверным… Шел-шел верблюд в караване, но вдруг поманили его не какой-то там колючкой, а самым настоящим сочным и питательным кормом. Вот и свернул с протоптанной тропы к забрезжившему на горизонте оазису… Поверил в светлые дали, куда уводила новая дорога. А главное, поверил тому, кто протянул ему вкусный кусок…
И эта вера стала главным двигателем его дальнейших поступков.
Вера в неверного — что за игра слов, о Аллах всемилостивейший!
Впрочем, не только вера… Жило в Анваре еще и опасение, что Остромир пойдет до конца. И если не получится с визирем государственной безопасности, он отыщет другого тайного союзника среди халифатской элиты. И такой союзник непременно найдется.
Как говорят россы, свято место не бывает пусто.
