АННОТАЦИЯЭл давно забыла, кем была рождена. Теперь она простая послушница, что штопает раны солдатам и спит под открытым небом, укрывшись одним плащом.И такой, как она, совсем не место в шатре их прославленного огненного мага.Но если знаменитый Ифрит Нидалены пожелал, кто посмеет ослушаться? Сильнейший огненный маг, их опора, их единственная надежда на победу. Любой его каприз должен быть исполнен, не важно какой ценой.
Кровь брызнула тонкой струйкой прямо ей в лицо. Эл отшатнулась и брезгливо сморщилась.
Хорошо хоть плотная холщевая маска, которую носили все сестры, не промокла насквозь.
Руки привычно затянули жгут. Кровь замедлилась, но рана была слишком велика, чтобы закрыть ее полностью. Бедро юноши просто раскромсало. Шипастая палица или верховой волколак прихватил. У этих нордов что ни оружие, то подлость.
Доспехи у раненого были дорогие, ладные. Должно быть парень из местечковых дворян. На лице едва пробивались редкие юношеские усы. Юный лорд, второй или пятый сын, что пошел на войну снискать подвигов. Шлем его потерялся, светлые волосы, заляпанные потом и кровью, слиплись и спутались.
Из поясной сумки, полной кармашков и петлей для пузырьков, Эл достала завернутый в лист лопуха порошок сон-травы. Быстро и небрежно посыпала на рану. Да тут чтобы унять боль, весь ее запас уйдет. Бесполезно. Эл завернула порошок в лист и убрала обратно в сумку.
— Эй… — слабо прошептал раненый. — Сестричка, как там, а? Порядок, да?
— Порядок, — Отозвалась она. — Скоро будешь бегать, отдыхай
Голос из-под повязки, скрывающей лицо, прозвучал глухо. И к лучшему. Врать она никогда не умела, а этот не доживет до утра.
Она быстро, безо всяких сантиментов, перешла к следующему. Три года войны и десятки и сотни раненных и убитых заставили ее сердце покрыться плотной коркой безразличия.
По грязи катилась ещё одна повозка, так же набитая телами убитых и ранеными.
— Да сколько же еще! — Простонала сестра Сара, у которой весь фартук уже был испачкан в крови и ещё черт знает в чем. — Как там?
— Отступают! — гордо закричал старик Джошуа, словно отступать их заставил именно он и его старая кляча. — Наш маг их знатно поджарил! Стена огня! — воскликнул он, подняв немощные руки. — В три моих роста. Теперь никакой Святозар их не поднимет! — Он гадко рассмеялся. — Скоро у него будет армия головешек.
— Да уж поскорей бы! — фыркнула Сара и принялась осматривать новых раненых.
Одни лежали прямо на земле, кто-то из тех, что сохpанили оруженосцев, были заботливо уложены на плащи или солому.
Эл осматривала бывалого вояку со стрелой в плече. Рана была пустячной, да и держался он так, словно все это было лишь шуткой.
— И зачем меня привезли, Эл? — насмешливо спросил он. — Я бы ещё повоевал.
— Зачем, если наш маг всех поджарил, — Прохладно отозвалась она, аккуратно вытаскивая наконечник. Мужчина зашипел от боли. Его доспехи, в отличии от умирающего юного лорда, были помяты и не блистали красотой. Обычная кольчуга, стегач, да верный меч и шит. Он воевал уже давно, и такая рана не могла всерьез его напугать.
— Не доверяю я этим магам. Без нас они ничто, а гонору-то…
Эл промолчала и стала обрабатывать рану.
Три капли волчьей ягоды, четыре королевской черемухи и щепотка сон-травы. Большего она не могла дать. Быстро перебинтовала и пошла к следующему.
К месту, где они осматривали раненных, прискакал вестовой. Парень явно был из знати. Об этом говорила и лошадь — холеная нервная кобылка — и начищенная сбруя, которая так и сверкала. На парне были славные сапоги из тонкой кожи, что сказало о нем Эл больше чем все остальное — пешком этот молодец ходить не привык. Только верхом. В довершении всего на его плаще красовался знак королевского дома — три змеи и чаша, а значит, он служил кому-то из самых знатных лордов во всей армии. Эл лишь глянула на него и вернулась к своему раненному.
— Кто лучший целитель? — властно закричал вестовой. Сестры недоуменно переглянулись. Все они были лишь послушницами, едва освоившими мастерство.
— Магистров нет, — Отозвалась сестра Сара, самая старшая из них.
— Кто лучший? Быстро! — прикрикнул вестовой.
— Ну… Эл.
— Кто?
— Вон она, — Сара ткнула в нее пальцем. Эл покорно выпрямилась и поглядела на посланника.
Наверняка где-то умирал кто-то знатный, и вот она должна бросить этих солдат и отдать свое искусство ему. Потому что якобы голубая кровь течет в его жилах. Эл давно в это не верила. За три года войны она насмотрелась на всякое. Умирали все одинаково, и кровь у всех была одинаковая. Красная и теплая.
— Поедешь со мной. Живо.
Эл покорно подошла. Вестовой подал ей руку, и она забралась позади него на лошадь.
Они поскакали вдоль передовой. Эл глядела, как старик Джошуа снова понукает старую клячу, чтобы привезти новых раненных. Три весталки стояли рядом с дорогой поправляя амуницию и доспехи. Кровь врагов бурой грязью засохла на их клинках.
— Эй, Красотка, ты куда? — крикнула ей знакомая, Валика. Но быстрый конь вестового уже пронесся мимо.
По дороге ковыляли войны, те, что ещё могли сами идти. Подтягивались обозы, тяжеловозы тащили военные машины и катапульты. Армия перегруппировывалась в оборону после жаркого сражения.
Они заскочили на холм, и перед глазами Эл на мгновение возникла панорама поля боя. Полки нордов и вправду отступили. Остались лишь разрозненные части, пытающиеся спасти раненых. Их войска занимались тем же.
