Эл на мгновение захлестнула неистовая радость и любопытство. Она вспомнила свои детские мечты, что у неё проявятся магические дарования, и придут великие магистры и заберут её учиться туда, в заоблачные дали. Она почти открыла рот, чтобы сказать: «Да, конечно, хочу!», и прикусила губу. Да он же издевается над ней. Конечно же, издевается…
– Там не место такой, как я, – холодно отчеканила Эл и отвернулась.
– Снова «такой, как ты», да какая же ты есть, всё-таки? Ты ведь не солдатская девка и не простая послушница. Расскажи, как ты попала в Орден?
Эл тут же насторожилась. Никому она не рассказывала об этом правды, и маг был в числе последних, кому бы она доверилась.
– Долги. Семья не могла выдать меня замуж, не было приданого, – сказала она то, что привыкла говорить другим сестрам в Обители. Все любили порассказывать друг другу грустные истории своей юности, и Эл пришлось сочинить такую и себе. Девушки попадали в Обитель разными дорогами, но все они были полны горечи, предательства, а порой и насилия.
– А ожоги?
Эл испуганно сглотнула. Ах, проклятье, она позабыла! Завралась!
– Стали последней каплей, – быстро поправилась.
Маг скептично изогнул бровь.
– Ты мне врешь и врешь, послушница. Ну ладно, храни пока свои тайны, так даже интереснее.
***
Они выехали на берег озера в том месте, куда особо любили приходить горожане. С левой стороны заводи по камням струился небольшой водопад, над водой живописно нависали огромные глыбы, а с другой был ровный удобный заход в воду. В жаркие дни здесь было так приятно искупаться. Эл с болью посмотрела на то, как берег изменился за десятилетие, что она его не видела.
Сосны выросли, а траву у берега истоптали кони нордов. Детские игрушки и воздушные змеи больше не висели, забытые на кустах – всё было сметено отступающей армией, которая, видно, как и они, располагалась тут на отдых.
