— Я на вашей стороне. Я люблю честную работу. Иногда мне кажется, что Кинг слишком уж занят крупными воротилами. У нас с ним, наверно, разные взгляды на принципы коммерции. — Билл усмехнулся. — И они неплохо устроились. Хотелось бы мне играть в гольф столько, сколько они.
— И часто они играют?
Билл ответил с почтительной скромностью:
— Видите ли, я не слежу за тем, что делают мои хозяева. Они члены клубов и в Блумфилд-Хиллзе и в Орчард-Лейке. Полагаю, раза четыре в неделю они там бывают. Иногда случается что-нибудь срочное, а их неизвестно где искать.
— А они играют со служащими или с заправилами?
— Должно быть, с заправилами. Им нравится играть в Блумфилде, а туда простого клиента не пригласишь. Потому что рядом с большими шишками простой смертный чувствует себя неуютно. Да и насколько я знаю, гостей в Блумфилде не очень-то жалуют. Там не полагается разговаривать о делах. Если агент-посредник в поисках клиентов станет там играть, он только время потратит впустую. Сам я подумываю вступить в Оклэнд-Хиллз — там я мог бы как следует принимать важных людей. Впрочем, так я считаю… Ах, да! Совсем забыл! Кинг просил меня передать вам его извинения. Он не мог встретиться с вами сегодня. У него важное совещание.
— С кем?
— Думаю, с Вандерховеном; это вице-президент у Форда по перспективному планированию.
— А какое он имеет отношение к заказам Уэйкмена?
— В общем-то никакого. Но ведь заранее не угадаешь: вдруг он когда-нибудь пригодится — так, во всяком случае, считает Кинг. Потому-то у него и не хватает времени на общение с простыми людьми, вроде нас с вами.
— А смогу я увидеться с ним в этот приезд? Найдется у него для меня время?
— Не знаю, Стаб. Он поручил мне занять вас. Когда отделом заведовал Каллиген, все было иначе. Для него-то Кинг обычно находил время. Наверно, он теперь более занят.
— Возможно, — ответил Стаб.
— Кинг знает, что на уэйкменовские заказы он может твердо рассчитывать. Даже когда сам Уэйкмен болен. Кстати, как он? Скоро вернется к делам?
— Может быть, и совсем не вернется. А пока всем ведаю я.
— По-моему, Кинг вообразил, что раз Уэйкмен болен, то теперь он здесь самый главный.
Кинг Смит был дома, так как и не думал встречаться с Вандерховеном. Он сидел и размышлял о своем утреннем разговоре с Биллом Робинсоном.
— Ты не знаешь, Билл Робинсон на меня не обижен? — спросил он жену.
— За что?
— Сам не понимаю. Но он ведет себя как-то странно. Словно я чем-то его задел.
— После того, как ты столько для него сделал? Выбрось это из головы. Наверно, он чем-то озабочен. Билл хороший парень, и он благодарен тебе.
— Сколько раз я видел, как людей оставляли в дураках. Но пойди догадайся, когда в дураках хотят оставить тебя!
— Билл не такой. Я сразу вижу фальшивых людей. А если он не заискивает, это еще не значит, что он плохо к тебе относится.
На следующее утро Билл позвонил Кингу домой и сказал:
— Сегодня я возьму Стаба на себя. Свожу его к Форду посмотреть конвейер. Это надолго займет его.
— Может быть, пообедаем все вместе?
— Если хотите. Только вряд ли Стаб это оценит. Вы ведь его знаете. Лучше займитесь чем-нибудь полезным, а я уж с ним стравлюсь.
— Я говорил с Куганом про машину, — сообщил Кинг. — Он сказал: пусть выберет, что ему понравится. Не зарываясь, конечно.
— Вот это здорово, Кинг! Большое спасибо.
— Ладно, ладно, Билл. Мы с Куганом ценим вашу работу, так что это только начало.
Стабу Куку Билл сказал:
— Я предложил Кингу пообедать сегодня всем вместе, но он сказал, что занят. Хотите повидаться с ним вечером? Я уверен, что он согласится, если вам это очень нужно.
— Не стоит утруждать его.
— Ну, ладно. В следующий раз, Стаб, когда приедете в город, останавливайтесь у меня. Мои ребятишки прямо с ума посходили. Все утро у них только и разговора было что о дяде Стабе.
Стаб Кук просиял. Билл Робинсон дружески ему улыбнулся и подумал: «Простофиля! Деревенщина! Всему верит!»
Робинсон попросил разрешения поехать на завод, чтобы выяснить некоторые производственные вопросы. Кинг Смит согласился и добавил:
— Возьмите с собой Кору. Ей не помешает отдохнуть денька два.
— Еще бы! Но вы имеете в виду — за счет фирмы?
— Конечно. Для дела это полезно. А со Стабом вы вроде бы поладили?
— Ну, я умею говорить на его языке.
— Мне только кажется, что он немного обижен. Пожалуй, в следующий его приезд мне следует уделить ему больше внимания.
— Да ничего подобного, Кинг! Он знает, что у вас с ним мало общего. Он сказал, что чувствует себя лучше в домашней обстановке, среди детей. Я беру его на себя. И вот еще что, Кинг: Стаб и некоторые другие на заводе не очень высокого мнения о Дэви. Они считают, что он не стоит того, что вы ему платите.
Кинг рассердился.
— Об этом позвольте уж судить мне. Я думал над тем, что вы говорили в прошлый раз. Вы его действительно недооцениваете. Видно, мне самому надо поговорить с Куком.
Билл улыбнулся.
— В этом нет нужды, я ему уже все объяснил. Скажите, Кинг, могу я принять участие в предстоящих переговорах?
Кинг откинулся на спинку кресла.
— А почему нет? По-моему, чем больше вы вникаете в дело, тем лучше.
