– Вам ли не знать, – усмехнулась я.
Еще бы! Была бы злая, общался бы со своей Фионой.
Демон хмыкнул, но промолчал, выразительно взглянув на адептов. И протянул руку мне:
– Прошу.
– А может, я ножками?
– В холле скоро будет шумно и очень грязно. Не думаю, что вам хочется застирывать одежду. Да и запах… Слышал, кто-то из древесных не только вырастил, но и состарил томаты.
– А Волк?
Я покосилась на погрустневшего оборотня.
– За ним вернусь чуть позже. Вы же посидите здесь и подождете меня?
– Да, магистр, – с облегчением согласился парень.
– Вопрос решен, – сказал демон и, не спрашивая, взял меня за руку.
Что ж, пожалуй, не буду злиться. Время мне сэкономили.
Что и говорить, общественно полезные работы – вещь неприятная, но нужная. К понедельнику Академия пусть и не сияла, как при сдаче объекта, но выглядела не хуже, чем на следующий день после открытия. Адепты сновали по коридорам. Некоторые даже специально проверяли слой пыли, но были жестоко разочарованы. Все же выпускники владели бытовыми чарами куда лучше своих младших коллег. Да и под чутким надзором коменданта, прибывшего в свой выходной только ради них, особенно не поотлыниваешь.
Дожевывая блинчик с творогом и курагой, я в компании с Витой и Кирой поднималась на первую пару. Интересно, что новенького придумает наш возлюбленный Ганс и что ждет нас на теоретическом ядоделании? Насчет практического и так все понятно. Опять будем следовать инструкции. Кто-то напутает – и здравствуй, пол. Болотники успеют залезть под стол, кто-то долго будет причитать по испорченной одежде, а магистресса начнет усмехаться в кулачок. Порой мне казалось, что инциденты с зельями – ее рук дело, но обвинять без доказательств? Тем более своих она не трогала.
– О чем задумалась? – поинтересовалась Кира.
Она доедала булочку, и на весь коридор пахло вишневым вареньем. Что и говорить о нас, коривших себя за неоправданное попустительство. Нет чтобы еще и булочек захватить? Так теперь слюну глотать.
– О бренности жизни!
– Думаешь, Ганс что-нибудь устроит? – спросила Кира.
Повеяло вишней.
– Нет, там нам все равно ничего не светит. Да и не надо. Два – и два. А лучше и вовсе кол. Гении – они же или отличники, или кольщики, – проговорила я.
Повисла пауза, нарушить которую решилась только Кира, и то шепотом, окликнув нас, чтобы отошли.
– Но вы же не глупые. И конспекты даже лучше моих. Почему никогда не показываете?
– Так нужно, – пояснила Вита. – Все равно диплом КАКи у нас подтверждать нужно.
– Подтверждать? – вцепилась в новые сведения Кира. – А я думала, что…
– Подтвердишь, не беспокойся. Можешь летом с нами поехать, – подумав, предложила Вита. – Думаю, Джейс объяснит тебе порядок подтверждения оценок.
– Хорошо бы, – проговорила девушка, немного погрустнев.
Вот подсказывали мне шестое кикиморино чувство и самая безошибочная часть, что Кира планировала переезжать в болото.
– Мы поможем, – решила за нас обеих Вита. – Болотные своих не бросают.
– Но ведь я из ино…
– Ты одна из нас, – не согласилась кикимора. – А мы своих разглядим везде. Так что никому тебя не отдадим.
– Джейс тоже так сказал.
– Так верь ему! – подмигнула кикимора. – И поспешим, иначе потом придется верить в незлопамятность Ганса. Но чувствую я, что наша вера обречена.
– Бежим уже, – поддакнула я.
«Погода была ужасная, принцесса была прекрасная, днем, во втором часу, прогуляла она…» Додумать, что могла прогулять принцесса, мне не дали, отобрав тетрадку со всеми рисунками.
Ганс негодовал! Ганс топал ногами! Ганс обещал сослать меня на Колыму… Упс, это уже из другой оперы.
В общем, обещал сделать мою жизнь невыносимой и ужасной. Именно поэтому забрал мою тетрадь с рисунками и дал всем письменное задание. И конечно же, коршуном следил за его выполнением, а не читал украдкой мои записи. Гад! Я там такую мангу начала рисовать! Про отважного преподавателя пространственных перемещений и злого мага, которого он должен победить.
Да, знаю, нехорошо к начальству подлизываться, но разве дело, если он мне из вредности трояк поставит? Как я буду в глаза потомкам смотреть! Или пять, или кол. Третьего не дано. И мы будем стараться, чтобы не уронить честь семьи в болото.
– Купился, – шепотом прокомментировал Трейс, который видел мой графический шедевр.
Я погрозила ему кулаком и уткнулась в чистый лист. Заполнять его я не собиралась. Да и никто из болотников этому глупому порыву поддаваться не хотел.
– Пять минут до конца занятия, – напомнил оторвавшийся от чтения преподаватель. – На следующем занятии пишем промежуточный зачет. Найду шпоры…
Уточнять, что произойдет с любителями списывать, он не стал, а профессионалы и так знали: ничего. Ведь они не попадутся, а на нет и суда нет, как говорится. Это просто читалось по их насмешливым лицам.
Сдаваться мы шли с воодушевлением. Вся болотная делегация. Кира, которая решила окончательно отколоться от иномирцев и вступить в болотный клуб, шла рядом и несла такую же пустую работу, как и все мы. Гордости на ее лице было столько, словно она познала неведомую истину.
