— Кажется, у него проблемы с ушами?
— Вовсе нет, — отрезала мама. — Она вас прекрасно слышит.
— Зато не говорит.
— Должно быть, просто не хочет.
Близнецы затаили дыхание. Экзаменатор нахмурился и поставил на листе какой-то росчерк. А потом вернулся к своим картинкам.
— Ну, давай, Пинто. Покажи мне песика. Где песик?
Пинпин самым внимательным образом посмотрела на мужчину, однако же отвечать не собиралась.
— Тогда домик. Покажи дяде домик.
Никакой реакции. Через некоторое время экзаменатор отложил яркие рисунки, мрачнея с каждой минутой.
— Может, посчитаешь со мной, малыш? Ну-ка, раз-два… Широко распахнутые глаза — и ничего больше. Мантиеносец сделал еще одну пометку.
— Последняя часть контрольной, — обратился он к матери Пинпин, — предназначена выявить уровень навыков общения. То, как ребенок слушает, понимает, отвечает. Дети, на наш взгляд, чувствуют себя спокойнее, когда их держат на руках.
— Вы что же, хотите взять ее?
— Если не возражаете.
— Уверены?
— Мадам, я проделывал это множество раз. Поверьте, ваш драгоценный отпрыск не пострадает.
Аира уставилась в пол и еле заметно сморщила нос.
Но мама лишь подняла Пинпин и бережно передала экзаменатору. Близнецы смотрели во все глаза. А вот папа, наоборот, прикрылся ладонью. Все шло наперекосяк, хуже и представить было нельзя, и что самое ужасное, он ничего не мог исправить.
— А ты славный парень, Пинто, верно я говорю? — Человек в алом пощекотал малышке шейку и надавил на кончик носа. — Что это у тебя? Носик, да?
Девочка хранила молчание. Экзаменатор затряс перед ней золотой медалью на цепочке; увесистая побрякушка заблестела на утреннем солнце.
— А? Красиво? Хочешь потрогать?
Пинпин не отзывалась. Доведенный до белого каления, мужчина покосился на мать.
— Не знаю, отдаете ли вы себе отчет в случившемся, но, судя по тому, как обстоят дела, ребенок заработает круглый ноль.
— Неужели все так плохо? — сверкнула глазами Аира.
— Сами видите, из него и клещами ничего не вытянешь.
— Что, совсем ничего?
— Ну-у… Может, он выучил какой-нибудь стишок или игру, где нужны слова?
— Минуточку… — Госпожа Хаз потерла пальцами лоб и зашевелила губами, изображая глубокое раздумье.
— Ах, да. Есть одна игра. Любимая. Вот попробуйте, скажите внятно: «Писс, писс, писс».
— Как?
— Увидите, ей понравится.
— Писс, писс, писс, — членораздельно произнес экзаменатор. — Слышишь, парень? Писс, писс, писс.
Малышка изумленно поморгала и заерзала у него на руках, устраиваясь поудобнее.
— Писс, писс, писс, — отчетливо повторил человек в мантии.
— Еще чуть-чуть, — улыбнулась мама.
Господин Хаз наконец решился открыть глаза. Внезапно до него дошло, что происходит. Подпрыгнув как ужаленный, отец умоляюще протянул руки.
— Позвольте, я… Только было уже поздно.
Молодчинка, Пинпин! — молча возликовали Бо и Кесс — Молодчинка-чинка-чинка!
С отрешенным выражением и блаженной улыбкой на круглом личике малышка выпустила долгую, непрерывную струю прямо на экзаменатора. Тот ощутил странное тепло, однако не сразу сообразил, что к чему. Потом заметил сосредоточенные взгляды Хазов и медленно опустил глаза. По алой мантии расползалось пятно. Не говоря ни слова, мужчина в алом передал Пинпин отцу, развернулся и сердито зашагал обратно по проходу.
Госпожа Хаз взяла у мужа дочку и осыпала ее нежными поцелуями. Между тем Бомен и Кестрель катались по полу, задыхаясь от смеха. Анно смотрел, как экзаменатор сообщает о неприятном случае Мэсло Инчу, и тихонько вздыхал про себя. Он уже знал то, о чем не подозревала семья: нынче утром хорошая оценка могла бы спасти их от переезда. Теперь же Хазы наверняка покинут Оранжевый округ и отправятся в более скромное жилище. В лучшем случае две, а скорее одна комнатушка, плюс общие кухня и ванная на несколько семей. Анно никогда не страдал тщеславием; его не заботило мнение соседей. Но мысль о том, что он подвел дорогих людей, ранила папу в самое сердце.
Аира крепко прижимала к себе малышку, не желая думать о будущем.
— Писс, писс, писс, — радостно бормотала Пинпин.
Уже в школе близнецы обнаружили, что забыли принести Домашнее задание.
— За-бы-ли? — рявкнул господин Бач. — То есть как это — забыли?
Близняшки стояли бок о бок у доски, глядя то на длинные ряды парт, за которыми сидели ухмыляющиеся однокашники, то на учителя, который важно поглаживал тяжелый живот и облизывал кончиком языка жирные губы. Господин Бач обожал наказывать оплошавших в назидание прочим. Он полагал, что в этом и заключается работа педагога.
— Итак, начнем по порядку. Почему вы забыли принести урок?
