— Киви, ты действительно хочешь этого? Я не позволю себе…
Она молча кивает и прижимается на мгновение щекой к груди и расстегивает еще одну пуговицу.
— Мне это нужно, Ник, я хочу…
Желание моей женщины всегда закон для меня. Киви горячая, настоящая, никогда не скрывает своих чувств. Всегда отдается полностью, без остатка. Я это знаю. Мы оказываемся в моей постели, уже без одежды.
О боже, как же я мечтал о том, что сейчас происходит между нами. Ласкаю маленькие аккуратные груди, всасываю сосочки, покусываю. Знаю, как она любит.
Переплетаю свои ноги с ее, упираюсь в живот Киви твердой мужественностью, чувствую ее шаловливые пальчики, кайфую от того, как они порхают, летают и ласкают меня там.
Легко пробегают по всему паху, от чего меня простреливает удовольствие, и я дергаюсь.
Нет, так не пойдет, я так быстро изольюсь.
Убираю ее пальцы, кладу ее руку на свою спину. Слегка отстраняюсь. Смотрю на гибкое смуглое тело, вглядываюсь в подернутые туманом возбуждения черные глаза.
“Кошка, ласковая, нежная, податливая, кошка, притворившаяся птичкой".
Моей птичкой!
Вклиниваюсь бедрами между ее ног, направляю напористую твердость в ее нетерпеливую влажность. Осторожно, словно неуверенный юнец, вторгаюсь в мою женщину.
Как я скучал! Но не забыл!
Киви откликается. Двигается всем телом навстречу, словно нанизывает себя на меня.
Глупенькая. Моя бабочка!
И мы летим, сквозь мириады звезд, сквозь миры и галактики. Сквозь время. Сейчас и здесь только мы. И ничего вокруг.
Как просто оказывается любить. Вот так, доказывая мерными толчками свое желание быть с любимой.
— Але, гараж, просыпаемся, — в мой сон врывается голос Мика. — Николас! — громко обращается он моим полным именем.
Вскакиваю, вспоминая события этой ночи.
Сон? Это был сон?!
С облегчением выдыхаю. Нет, не сон. На другой стороне кровати спит, посапывая, укутанная в плед, Киви.
— Тише, Мик, — прикладываю палец к губам. — Моя Киви спит.
Наблюдаю, как каменеет лицо Мика. Ноздри подрагивают, вдыхая запах нашей страсти, я не помню, сколько раз я излился за эту ночь.
Мик чувствует также хорошо этот солонковатый аромат моей спермы и пота, как и я. Он смотрит недоверчиво сначала на подобие мумии в моей постели, замотанную Киви, потом переводит взгляд на меня.
— Ты не шутишь, брат? Это точно Киви? Не вчерашняя болотница или нимфа Вастихана?
— Т-с-с! Не пали контору, — шепотом останавливаю брата.
Да, я не ходил евнухом и не хранил целибат эти два года, но все было ради здоровья, чтобы снять напряжение, и я не афишировал свои половые связи. Но Киви все равно лучше не знать о моей интимной жизни. Теперь со мной Киви, и мне больше никто не нужен.
— Ну вы, блин, даете, — озабоченно проговаривает брат. — И что дальше? Ты представляешь, что сделает Властелин Поднебесья, когда найдет ее здесь? Ты же понимаешь, что это межмировой скандал… А как обрадуется наш отец, ему же придется… он же может потерять должность в Совете по конфликтам… Ну, Ник, ну ты даешь…
Чувствую в его голосе тревогу и осуждение.
Мик задумчиво почесывает затылок, расписывая нашу отнюдь не счастливую перспективу. Да я и сам все это знаю, но вчера… Как только я увидел свою любимую, у меня словно башню сорвало, я не мог насытиться ею, а она мною. Это полное сумасшествие, понимаю, но ничего не могу с собой поделать. Я давно не чувствовал себя таким счастливым и наполненным до краев. И я снова ее хочу, свою Киви.
— Черт, — поднимаюсь я, прикрываясь простыней. Раньше не стеснялся брата, а сегодня что-то изменилось, и мне не хочется, чтобы он глазел на мой голый зад или то, что снова стоит. Утренняя эрекция как по расписанию, не смотря на нашу с Киви бурную ночь.
— Ты бы вышел, что ли? — обращаюсь я к Мику, показывая глазами на дверь. — Сейчас проснется Киви, и…
— Я уже не сплю, — раздается из кокона тонкий голосок. — Привет, Мик, рада тебя видеть, — высовывает она хитренький носик из пледа и громко чихает.
— Здравствуй, Киви, давно не виделись, — с унылым видом Мик поднимает ладонь и шевелит пальцами в воздухе, словно кокетка.
— Так ты выйдешь? Мне отлить нужно, — настойчиво спрашиваю я брата.
— Ха, что я там не видел? — фыркает Мик, но все же идет к двери. На выходе, не оборачиваясь, кидает. — У меня в принципе, все такое же, от одной мамы и папы произошли, — громко хлопает дверью.
Вот свинтус! Еще и дверью хлопает.
— Киви, ты как? — оборачиваюсь я.
— Я? Хорошо! Очень хорошо!
Она потягивается, из кокона показываются две тонкие руки с красными пятнами на запястьях.
— Даже прекрасно! Давно не чувствовала себя так хорошо!
— А это что за следы? Это я тебя так? — волнуюсь я.
В порыве страсти я легко мог нанести ей увечья и не заметить. Такой хрупкой и нежной при свете утреннего солнца кажется моя Киви.
— Нет, это не ты… не важно, иди уже в туалет, — откидывает она плед и выскакивает наружу.
Обнаженная стоит посреди кровати. Солнечные лучи ударяют в спину, она вся светится, словно богиня, сошедшая с небес в мою постель. Хотя, так и есть. Она сбежала из Поднебесья, своего родного мира, чтобы быть со мной.