Я помню ее. Эту женщину. Она являлась в моих снах. Красивая, с печальными глазами. И с такими же белоснежными крыльями, что я пожертвовала за свободу. У меня ее волосы, такие же густые и пышные медные локоны. Я не решилась их остричь, плету в тугую косу, чтобы не мешали. И голос. Я слышу ее голос из темноты.
— Киви, девочка моя, — зовет он меня, не позволяя привыкнуть к такой приятной пустоте, где я оказалась. Я плыву в невесомости облаком, и вокруг меня такие же облака, искрятся и светятся тихим светом. Нежный шелест ласкает мой слух и укачивает:
— Спишшш… Спишшш… Спи… — шепчут облака, превращаясь в морские волны.
Так приятно и спокойно!
— Киви, очнись, любимая. — Сквозь мягкую вату пробивается знакомый голос.
“Ник, это мой Николас, он зовет меня, я нужна ему, а он необходим мне, как воздух”, — назойливая мысль зудит в голове и не дает мне погрузиться полностью в блаженную негу.
В голосе Ника неприкрытая тревога.
Его заботливость и беспокойство наполняют наше сердце нежностью. Одно на двоих. Так не хочется, но нужно возвращаться на голоса, я нужна этим двоим сильнее всех. И они мне нужны.
Открываю глаза и вздыхаю. Передо мной две пары глаз, в обоих переживание и забота. Ник и эта женщина. Я знаю, кто она.
— Ну здравствуй, дочка! — улыбается она мне. Глядит добрыми, похожими на мои, глазами и обнимает, прижимая к себе.
Тепло и уютно. Запах чистого тела с ароматом духов волнует и рождает в душе радость. Я помню этот запах: ваниль и розовое масло.
— Не обманула карга, выполнила наш уговор. — Чувствую, как нежные руки осторожно щупают мои бугорки на острых лопатках.
— Мама, — шепчу, едва шевеля губами, — откуда ты здесь… Как?
— Все вопросы и ответы позже, сейчас приходи в себя. — В голосе появляются командные нотки. — Я думала, что ты будешь покрепче. Надо же, вздумала падать в обморок. С чего это вдруг? Ты не беременна?
Замечаю, как эти двое смотрят друг на друга. В глазах Ника смятение.
— Нет, нет, мама, все в порядке. Просто переутомилась в дороге, давно так много не перемещалась по земле.
Вступаю в их безмолвный разговор, не позволяя придумать то, что пока невозможно.
— Ну ладно, потом поговорим, — закрывает тему мама. — А сейчас примите душ, чистую одежду вам принесут, и мы ждем вас на ужин в семейной столовой. Слуги вас проводят.
Слышу удаляющиеся шаги и звук закрывшейся двери.
— Киви, ты как? — Ник усаживается рядом, на краешек постели. Гляжу на него. Отвожу взгляд, оглядывая комнату.
— Где мы?
— В одной из комнат этого прекрасного дворца. Нам отвели целые покои из четырех комнат. Думаю, нам хватит одной.
Высокий потолок с лепниной по периметру и кругом в центре, в котором светятся магические лепестки в форме крупных розочек.
Стены оклеены шелкографией, печатный рисунок в вензелях отсвечивает позолотой. Две боковые двери напротив друг друга. Одна, видимо, из комнаты, в ней скрылась мама, вторая в ванную комнату.
— Ну что? Поднимаемся? Нас ждут, — говорит Ник, а сам укладывается рядом, нависает надо мной и гладит мою голую руку от шеи до пальцев. По коже бегут мурашки, покалывая и покусывая там, где коснулся Ник. В груди моментально вспыхивает желание.
— А обязательно нужно куда-то идти? Может, пошалим? — не могу удержаться, чтобы не подраконить своего любимого.
Кладу ладонь на его ягодицу и прижимаю его бедра к себе. Животом чувствую, как Ник начинает возбуждаться, смотрю в глаза, где начинает расширяться зрачок. Упираюсь в грудь Ника затвердевшими пиками.
Да, да, милый! Я тебя хочу! И весь мир пусть подождет!
Это самый быстрый секс в наших отношениях.
Бурный прилив адреналина добавляет страсти и огня в нашу кровь, ускоряя движения. Мы делаем бесшабашный вид, но по правде, боимся, что в любую минуту могут войти слуги или новоявленные родственники и спешим. Мы знаем, что остановиться у нас, когда мы дорвались друг до друга, не получится, поэтому пока мы не насладимся желанной близостью, из комнаты не выйдем.
Кстати, откуда они взялись? Родственники?
Я до сих пор в прострации. Как-то все неожиданно повернулось совсем не в ту сторону, что я ожидал.
Хотя, мы сами к ним прибыли по радужному мосту. Чего уж удивляться.
Пронесло? Или мы так увлеклись друг другом, что не заметили вторжения в наш интим?
Киви в этот раз захватывает власть надо мной.
Я не подкаблучник и люблю управлять нашим сексом в постели. Я знаю все самые сладкие тайные местечки моей птички. Знаю в какую позу поставить и под каким углом проникнуть в желанное тело, чтобы доставить неземное удовольствие любимой и получить удовлетворение от ее оргазма. Знаю как нужно поласкать ее там, чтобы она пустила первые соки и застонала.
Но тут, когда она, глядя прямо в глаза с томной улыбкой, седлает мои бедра и со сладостным стоном насаживает себя на меня, чувствую себя в полной ее власти. И отдаюсь.
Я не замечаю, куда девается наша одежда.
Перед моим взором предстают две желанные вершины, которыми я тут же занимаюсь, захватывая губами, лаская языком и нежно покусывая зубами.