– Какая злая судьба – родиться оборотнем и быть навеки разлученным с вами, мой ангел! – горестно взвыл тот и демонстративно забился лбом о дверной косяк замка.
– Какая ирония судьбы – спасти вас, чтобы сразу же потерять, – с готовностью подхватила Глаша, прижав руку к сердцу.
– Обещайте писать мне! – горячо потребовал оборотень.
– Не меньше трех раз на дню, – торжественно поклялась девушка.
– Так мало? – трагически вскричал он.
– Ну хорошо, пять! – смилостивилась Гликерия.
– Десять – и ни письмом меньше. Иначе я зачахну с тоски! – предупредил пылкий юноша.
– Хорошо-хорошо, – вмешался Оливье, – я лично проконтролирую.
– Ах, маркиз! – уставился на него Варис. – Вы – счастливчик!
– Не жалуюсь, – сдержанно ответил тот.
– Вы – счастливчик, и сами не осознаете своего счастья, – в сердцах заявил оборотень и добавил: – Этого златокудрого счастья, которое всегда рядом с вами!
Гликерия горделиво приосанилась. Шутки шутками, а приятно!
– Ваша невеста – просто чудо! – продолжил он. – Берегите ее, Оливье! Окружите ее заботой вдвойне – и за себя, и за меня.
– Он меня замуж не берет, – плаксиво сообщила Глаша. – Ему другая милей.
– Глупец! – потрясенно вскричал Варис. – Слепец!
– Ну хватит уже паясничать, – возмутился Оливье. – Нам ехать пора!
– Прощай, моя любовь. – Гликерия послала оборотню еще один поцелуй.
– Пиши письма, – напомнил тот и замахал вслед платочком.
Всадники тронули лошадей.
– Стойте! – завопил Варис, когда они уже достигли ворот, и помчался вдогонку.
– Что еще? – заворчал недовольный очередной задержкой Оливье.
– Ты забыла оставить мне на память свой локон, – застенчиво сообщил оборотень.
– Ах, как я могла забыть! – патетически вскричала Глаша, от души забавляясь этим невинным спектаклем.
– Подожди минутку, я принесу ножницы, – и Варис унесся куда-то в сторону конюшни.
– Поехали уже, – поторопил ее Оливье.
– Я не могу лишить юношу этой невинной радости, – заартачилась Глаша.
– Идиотизм! – пробурчал маркиз.
Наследник оборотней явился через три минуты, держа в руках садовые ножницы, и собственноручно срезал длинную прядь рыжих волос с Глашиного хвоста, после чего поклялся, что не расстанется с ней ни на мгновение, станет носить в нагрудном медальоне и женится только на оборотнихе, оттенок волос которой в точности совпадет с локоном «ангела». Гликерия взамен понесенной утраты потребовала компенсацию в виде платка с инициалами Вариса, который тот, сияя улыбкой, ей незамедлительно вручил. А потом он еще долго стоял в воротах и махал рукой вслед веселой рыжеволосой девчонке и ее занудному спутнику, пока они не исчезли за пригорком.
Свидание Венечки со звездой было назначено на семь вечера в модном ресторане неподалеку от Настиного дома.
Вениамин по такому случаю был торжественно втиснут во фрак, взятый напрокат в свадебном салоне, и чувствовал себя в нем крайне неловко. Камилла Полонская явилась в ресторан инкогнито и теперь, прикрываясь меню и темными очками, с интересом изучала своего визави поверх страниц. Пауза затягивалась, кавалер явно нервничал и скомкал уже три неповинных салфетки. Наконец он собрался с духом и приступил к самому главному.
– Спасите меня! – жалобно пискнул Венечка, обеими руками вцепившись в край стола и в страхе оглядываясь по сторонам.
– От чего? – изумленно воскликнула Лариса в образе кинодивы, приготовившаяся выслушать признание в любви и предложение руки и сердца.
– Меня хотят женить! – трагически поведал ее визави.
– На ком? – заинтересовалась она.
– На вас! – с ужасом воскликнул тот.
– Интересно, – расхохоталась «дива».
– Вам смешно, а мне жениться, – неловко улыбнулся Вениамин. – Помогите мне, Камилла! Понимаете, моя мама – она так просто не отступится. Она заставит бедняжку Настю навести на вас приворот или какие другие сильные чары, и тогда от свадьбы не отвертеться. Тут единственный выход – сделать вид, что вы готовы выйти за меня замуж, а потом сделать так, чтобы мама сама захотела расстроить свадьбу.
– Вы шутите? – «догадалась» Лара и томно взмахнула ресницами. – Это у вас такой способ кадрить девушек? Однако!
– Боже упаси! – перепугался Венечка и аж зажмурился, словно обороняясь от направленного на него кокетства. – Все очень серьезно, вы должны мне поверить. Моя мама – настоящая ведьма, – понизив голос, прошептал он.
– Сочувствую! Но, увы, это достаточно распространенное явление, – сыронизировала Ларочка, все больше входя в роль капризной актрисы. – Вот жена одного моего знакомого режиссера, Анфиса…
– Вы не понимаете! – с досадой перебил ее Вениамин. – Она – настоящая ведьма.
– Охотно верю, – кивнула волшебница. – Наверняка у нее даже имеется диплом об окончании курсов магов и чародеев, сертификат на ведение колдовской деятельности и собственный патент на какую-нибудь уникальную авторскую методику вроде обряда вечной молодости или возвращения блудного мужа путем магнетического приворота первой степени. Кстати, у Анфисы таких дипломов пять! – доверительно сообщила она.
– Пять? – растерянно моргнул редкими ресницами Вениамин.
