В самолете находилось пятьдесят восемь пассажиров, но среди них был один, у которого не было в Батуми никаких дел, хотя он летел вместе со всеми остальными как раз в Батуми. Его делом, так же как и делом других сотрудников КГБ, сопровождавших другие рейсы, как раз и было просто сидеть в самолете. Во всем советском авиапространстве не было ни одного рейса и ни одного самолета, который бы не сопровождал хотя бы один сотрудник КГБ, летевший как обычный пассажир. Это знал любой советский гражданин. Об этом знали и друзья Геги, которые летели вместе с Тиной и Гегой в свадебное путешествие. Их истинной целью был угон этого самолета, и они были уверены, что, прежде всего надо вычислить того кагебешника, который сопровождал их самолет. Они считали, что для того, чтобы легче было заставить экипаж пересечь турецкую границу и посадить самолет на одной из американских военных баз, обязательно надо вначале устранить кагебешника. Правда, они не знали, кто из пятидесяти восьми пассажиров был сотрудником КГБ, и все их версии оставались только предположениями. Их решение больше всего напоминало детскую игру, в которой малыши ищут и находят шпионов по одежде. Именно по этому принципу они и решили, что сидевший в первом ряду мужчина средних лет в синем плаще и есть тот самый кагебешник, который сопровождает этот рейс от Комитета госбезопасности. Правда, Гега все же спросил – может, это не он, но у большинства заговорщиков было иное мнение. Вначале кто-то один привел «незыблемый» аргумент, а потом его повторили и остальные:
– Точно он, по роже видно!
– Да, похож, но, может, все-таки просто пассажир? – высказал особое мнение Гега, но безрезультатно.
– Если это не он, найди другого и покажи мне, а мы уже за ним присмотрим, – посоветовал Геге старший из братьев, переглянулся с младшим и от души расхохотался.
– И где же я должен его искать? – теперь уже откровенно удивился Гега.
– Здесь, в самолете, – сказал Гиорги, но без улыбки.
Геге стало ясно, что выбор уже сделан.
Младший из братьев опередил старшего: он встал и пошел в сторону передней части салона с бутылкой шампанского в руках, по пути вылил оставшуюся в бутылке жидкость. Когда он приблизился к первому ряду, то совершенно неожиданно для всех ударил выбранного пассажира бутылкой по голове. Так началась попытка угона.
Лишь намного позже, когда все уже закончилось, выяснилось, что угонщики ошиблись и тот мужчина среднего возраста, который от удара бутылкой сразу же лишился чувств, был обыкновенным пассажиром, а не сотрудником КГБ. Допустивший эту ошибку Паата Ивериели сам же и перевязывал потом пострадавшего Соломония. Но это уже не имело значения – потеряв сознание, пассажир с разбитой головой лежал в своем кресле, а сидящая рядом женщина громко, на весь самолет, кричала от изумления и ужаса.
Удивительно, но поднявшийся шум и крик не помешали угонщикам. По-видимому, как раз этого они ожидали, энергично приступив к осуществлению своего плана.
Как только младший брат с бутылкой шампанского в руке поднялся, остальные сразу же заняли свои места. Первым, кто с оружием в руках оказался в кабине пилотов, был Гиорги, за ним следовал и старший из братьев – Кахабер. Но Гиорги не успел сказать экипажу ни слова о требованиях угонщиков – тут же, при входе в кабину, он был убит на месте каким-то вооруженным человеком, неожиданно, без предупреждения выстрелившим в него. Этот человек в гражданской одежде сидел лицом к входу и спиной к небу, его оружие было нацелено на дверь, и сам факт его присутствия в кабине пилотов оказался полной неожиданностью для угонщиков. Они изучили план того маленького самолета, который собирались угнать, но в последний момент самолет заменили. Решив, что если кто-то выдал их КГБ или если их намерения уже стали иным путем известны советской власти, то это покажется еще более подозрительным, угонщики не стали менять свои планы.
В кабине того маленького самолета, кроме пилотов, никто бы не поместился. Тем более там невозможно было устроиться незаметно, а этого вооруженного человека, даже уже войдя в кабину пилотов, ни Гиорги, ни Кахабер увидеть не смогли.
