На фото в окружении бодрых старичков сидела худенькая девушка с длинной и такой же тощей, как сама хозяйка, косой. Взгляд с поволокой выдавал манерность. Дальше можно не рассматривать, такой тип женщин Кирилла раздражал. Он отдал телефон матери.
- Посмотрел. Есть у меня пара женихов на примете, скажи – пусть не волнуются, пристроим.
- Я тебя хотела пристроить, в хорошие руки отдать, – мать, как маленького, погладила сына по голове.
Кириллу вспомнилась хорошенькая ручка в его ладони, вот под нее он с удовольствием бы пристроился. Решение пришло само-собой:
- Мам, мне вечером вернуться в город придется, не обидишься?
- Зачем, ты же только приехал? – сразу расстроилась мать.
- Ну, я до вечера же побуду.
- А зачем тебе ехать?
«Зачем мне ехать? Так, зачем мне ехать…»
- Я Эдику обещал… в кино сходить.
- Кирилл, ты же сам их с Ларой в Испанию отправил, чтобы перед школой последние деньки на солнышке погрелся. Они только во вторник вернутся. А завтра за грибами можно сходить, Семен вчера целое ведро маслят нарвал, а мы что, хуже?
«Какие грибы, там может Кораблеву уже какой хлыщ кадрит. Суббота, выходной, все прыщавые как раз из варкрафта вылезают».
- Ладно, мам, я признаюсь, – Кирилл оглянулся, нет ли рядом не в меру догадливой тети Гали, – мы новый товар на точки завезли, а в субботу самый разбор. Мне самому надо пробежаться и глянуть – покупают или нет.
- У тебя некому пробежать – проверить? – надулась Клавдия Ивановна.
- Доверяй да проверяй. Ты же не обиделась? – он заискивающе посмотрел матери в глаза.
- Нельзя все время работать, всех денег не заработать. Жизнь проходит.
«Жизнь проходит. Надо ехать, кадрить Кораблеву».
- Пойдем, мам, чайку попьем. Я там кексы привез, домашние, – ляпнул и тут же прикусил язык, рассказывать о новой домработнице он не собирался, это его тайна и только его, но мать не обратила внимание, опечаленная судьбой сына, она была погружена в свои невеселые мысли.
Чайник вскипел быстро, разговор, наконец, ушел от личной жизни Кирилла к погоде, сплетням о соседях, новостях о родне. Кирилл с иронией рассказал о таракане в тарелке, но не о последовавшей далее драме. Матушка вспомнила, как приезжала к Кириллу в Питерскую общагу и гоняла там этих наглых насекомых. Тетка припомнила столовую профсоюзного санатория. Да, с помощью тараканов можно поддержать любую беседу. Кирилл без конца поглядывал на часы, прикидывая – вежливо будет уже откланяться или еще подождать.
- Варенье возьмешь с собой? – встрепенулась мать. – Представляешь, Галя, он уже уезжает.
- Очень даже представляю, – тетка тоже посмотрела на циферблат дорогих часов Кирилла.
Мать выпорхнула из комнаты. Повисла тишина. Тетка поманила Кирилла пальцем приблизиться. Племянник опасливо наклонился.
- Обидишь девчонку, уши откручу, понял?
- Теть Галь, ты о чем?
Тетка не успела ответить, на кухню впорхнула мать с банкой черничного варенья.
- Свежее. Нового урожая, – гордо поставила она баночку на стол.
«Надюхе понравится».
Дорога убегала из-под колес обратно к Заречью, сосны пролетали за стеклами автомобиля, Кирилл ехал к Наде. Вот только нужен ли он молоденькой хорошенькой барышне? А ведь она никакая не коварная обольстительница, и совсем не Золушка, как мнилось Медному. Она настоящая принцесса, наследница кулинарного короля, как в той сказке про горошину. Вот только Кирилл совсем не принц, скорее он дракон, похитивший красавицу и заточивший ее в высокой башне (на этаже, этак, пятом). Обычно в сказках является молодой благородный рыцарь и сносит башку наглому драконищу.
Медный нажал на газ, сейчас он готов на тряпочки порвать любого прЫнца. Принцесса никуда из его башни не денется.
НАДЯ
Такси пришлось менять трижды. Предосторожность лишней не бывает. Последний водитель, веселый добродушный дядька, подвозивший Надю с Соней к небольшой районной железнодорожной станции, сердобольно поинтересовался, куда это молодую мамашу несет в ночь с дитем на руках, и где никчемный папаша.
- Ой, вы знаете, тут такая накладка вышла, – самозабвенно начала врать Надежда, – мы уже на чемоданах сидели, а тут начальник моему позвонил: «Никакого тебе отпуска, Кирюха, срочно на работу». Авария у них там какая-то, трубу на теплотрассе прорвало.
- А-а, так это под Липовкой, наверное, – согласно закивал таксист, – трубы – гнилье, все время там прорывает.
- Вот-вот, ни выходных, ни проходных, а свекровь еще внучку ни разу не видела, вот решили вдвоем ехать, а то обидится, – получалось складно.
- Ну, гладкой вам дороги, – широко улыбнулся таксист.
- Спасибо.
Станция была почти безлюдной: дремлющая в окошечке сотрудница кассы, дежурный полицейский, два работника в форменных куртках жд. Ни одного пассажира. Надя вкатила коляску с чемоданом и расположилась на одном из пустующих пластиковых кресел, усадив рядом Соню. Девочка от незнакомой обстановки скуксилась, но заметив прохаживающегося вдоль рядов важного кота, тут же радостно взвизгнула и с криком «Ко» попыталась удрать к пушистому.
- Куда? – в полете перехватила ее Надя.
