Элтыр чуть не рассмеялся ей в лицо. Поразительная наивность.
— Может быть, принцесса, может быть, — согласился он. — Но как зовут твоего мужа? Должен же я знать имя своего убийцы.
Шихар за его спиной презрительно фыркнул.
Принцесса сжала челюсти и перевела взгляд на помощника.
— Вы хотите знать его имя. Что будет, если я его не назову?
— Агар, покажи мне свой маленький ножик, — попросил Элтыр у одной из воительниц.
Агар, испещрённая шрамами, но всё ещё прекрасная в своей жуткой и яростной ауре берсерка, хмыкнула весело и достала из-за пояса небольшой, но очень острый ножик в виде серпа для жатвы.
Принцесса вздрогнула крупной дрожью, увидав его.
— Будет очень жаль испортить Вашу красоту, принцесса. Поэтому перед тем, как исполосовать ваше лицо, я познакомлю Вас с моими лучшими солдатами… — Он, конечно, блефовал, но разве испуганная почти до обморока девочка способна распознать ложь в глазах опытного палача?
И девочка поверила. Она сжалась, насколько позволяли крепкие руки воительниц, закусила сочные, розовые губы и заплакала пуще прежнего: солёные слёзы сплошным потоком заскользили по щекам.
— Имя моего мужа Вам ничего не даст, командующий, — тихо ответила она. — Он всего лишь один из незаконнорождённых сыновей короля. Он оставит город, если ты пообещаешь пощадить народ…
Элтыр Дар кинул Шихару нетерпеливый взгляд. Тот понял его без слов.
— Его зовут Джулиан, и он восьмой из сыновей короля, — докладывал Шихар прямо на ходу, пока Элтыр Дар спешил к стене. Мимо них пролетали зажжённые факелы, и многочисленные воины, что поклонами приветствовали своего командира. — В бою хорош, словно сарский тигр, но как стратег не слишком преуспел.
Элтыр хмыкнул. Опытный стратег, обладающий определёнными талантами, мог бы отбить практически любую крепость. И он был таким стратегом. Именно поэтому Император терпел все его сомнительные выходки и дерзкие слова: другого такого командира ему не найти. А боевая мощь нужна пушечному мясу. Элтыр и сам когда-то был всего лишь пешкой, стоящей в авангарде. Хорошей и яростной пешкой, но слишком способной, чтобы задерживаться в ряду простых воинов надолго. Если защитник крепости, что стоит на их пути, всего лишь воин, да ещё и молодой, то они возьмут этот замок без потерь.
— Принц Джулиан, говоришь… — пробормотал Элтыр, но его голос утонул в торжественном крике толпы, как утонули и лёгкие отголоски узнавания.
Они с Шихаром поднялись на стену. Шихар остался в тени: как всегда на подхвате, если его господину что-то понадобится, а Элтыр Дар встал так, чтобы воины могли видеть своего генерала.
Элтыру было не впервой выступать перед своим войском. Хоть номинально оно и являлось войском Императора, но душой этой разношёрстной армии всё же был её главнокомандующий. И, несмотря на то, что крепость Мычка-На-Сымме не была ключевой точкой в их бесконечных завоеваниях, командующий видел, как устали его воины. Им нужно было совершить последний рывок перед затяжным отдыхом. Он уже отправил письмо в столицу, обещая Императору взять Мычку-на-Сымме в кратчайшие сроки и с меньшей кровопотерей, в обмен на возможность занять крепость и подождать подкрепления.
Элтыр ощутил прохладу ветра в растрепанных волосах и жар от факелов. Вдохнул запахи чужой земли: влажные запахи леса и сырой почвы, взрытой конским копытом. Прикрыл глаза, протягивая руку внутреннему зверю, чтобы пробудить в себе его силу. Вопреки распространённому мнению, зверь был полезен не только на поле битвы, в прямом взаимодействии, но и, при условии тонкого контроля, позволял использовать свою ярость в любом другом деле. Элтыр Дар никогда не страшился силы зверя внутри, что могла, как разрушать, так и созидать. Она была всего лишь частью его самого, полезной и управляемой.
Когда командующий открыл глаза, один лишь только Шихар, стоящий неподалёку, мог видеть, как налились кровью его зрачки. А затем Элтыр Дар Хаун-Ша подал голос, и этот голос, почти нечеловеческий в своей силе, пробирал каждого, кто слышал его, до дрожи в руках.
— Великие воины Империи! — крикнул Элтыр в толпу, сжимая кулаки. — Мы прошли с вами через весь континент, и подчинили своей силе всех и каждого, кто вставал на нашем пути! Мы — сила, с которой считается весь мир! И сейчас нам предстоит сделать ещё одно великое дело! Мы захватим Сымму, этих ничтожных детей леса, что до старости прячутся за материнским юбками! — Элтыр усмехнулся, сверкая дикими глазами, пока толпа орала в его поддержку. — Мы насладимся! Насладимся их сладким вином! Их кровом! И их жёнами!
— Пора! — шепнул Шихар, и Элтыр Дар выехал на своём гнедом скакуне вперёд.
Норов заворчал, недовольно посматривая на наездника, видимо, отвыкнув носить его в полной броне, и Элтыр успокаивающе похлопал старого друга по блестящей в свете факелов шее.
— Вперёд, родной, — сказал он тихо. Так, словно кто-то кроме коня мог его услышать. — Сегодня тебе не придётся сильно напрягаться.
