Побеждает лучший рассказчик полностью

Художественная литература не самое надежное место для поиска истории-видения. Для этих целей я предпочитаю документальную и публицистическую прозу, потому что даже лучшие романы описывают придуманный мир, родившийся в голове одного человека, возможно, гениального писателя, но необязательно владеющего искусством счастливой жизни. Художественная литература часто используется для обращения в свою веру, выплеска эмоций или побега от действительности. Беллетрист может сотворить своих персонажей и события такими, каких не встретишь в реальной жизни, поэтому для истории-видения лучше выбрать нехудожественную литературу. Из художественной тоже можно что-то выжать, но лично мне этого делать не хочется. Даже если вы попробуете найти подходящую историю (а это непростой труд), она заставит вас в той или иной степени изменить свое видение. Рассказ же о реальном событии, в свою очередь, может показать препятствия и возможности, о которых вы сами не подумали. И как только вы найдете сюжет, резонирующий с вашим видением ситуации, получится настоящая, эффективная история-видение. Для стимулирования диалога с собеседниками можно использовать также фильм или книгу. Такая беседа может вскрыть затаенное сопротивление и облечь плотью несовпадающие убеждения. Какая книга или фильм вдохновляют вас на то, чтобы больше сделать, стать лучше, выдержать испытание до конца?

Шаг третий. Выберите одну из этих идей и создайте собственную историю. Запишите ее здесь, в своем импровизированном дневнике. Не проверяйте себя. Записывайте свои мысли в произвольном порядке и включайте все детали, которые сможете вспомнить. Обеспечьте будущим слушателям стимулы для всех пяти чувств. Напишите все, что подскажет память.

Шаг четвертый. Теперь отложите свой дневник в сторону и найдите пробного слушателя. Расскажите свою историю, не подглядывая в записи (вы же не читаете!), человеку, которому можете доверять.

Шаг пятый. Предложите своему слушателю (или слушателям, если их окажется несколько) оценить рассказ, начав с любой из следующих положительных реплик, и запишите все комментарии:

«В твоей истории мне понравилось то, что…»;

«Твоя история говорит о тебе то, что…»;

«Вот как твоя история могла бы изменить наши рабочие отношения…»;

«Мне кажется, эту историю можно было использовать, когда… (ситуация клиента), чтобы… (характер воздействия)».

Шаг шестой. Теперь изложите собственные мысли по поводу своей истории. Что вам в ней больше всего нравится? Что вы хотели бы сказать в самом начале и/или в конце, когда будете рассказывать ее в следующий раз? Можно ли дополнить ее какими-то деталями, чтобы наполнить жизнью и энергией? Возможно, другой порядок изложения произведет на слушателей более сильное впечатление? Может, стоит выбрать другую историю? Для истории-видения можно проверить до пяти идей. Затраченные усилия окупятся сторицей.

Все истории в той или иной степени демонстрируют действие каких-то ценностей. Банальный рассказ о подрядчике, который опоздал, отвратительно выполнил свою работу и запросил за нее в два раза дороже первоначальной цены, укрепляет силу цинизма. Никак не могу отучить себя от рассказывания этой истории. Задача непростая, потому что такая ситуация действительно имела место и она до сих пор меня раздражает. Вопрос в следующем: продолжаю ли я рассказывать о ней потому, что она до сих пор меня раздражает, или я продолжаю раздражаться потому, что до сих пор о ней рассказываю? Ответить на этот вопрос хоть с какой-либо долей достоверности невозможно. Но когда я компенсирую эту историю другой, в равной степени правдивой, мой цинизм практически испаряется.

Дерек, тоже подрядчик, заехал ко мне субботним утром по срочному вызову. Они с сыном торопились на футбольный матч, но он все равно согласился устранить протечку в моем гостевом санузле, потому что в воскресенье должна была приехать моя мать. Дерек сделал гораздо больше того, что входило в его обязанности. Здравый смысл подсказывает, что, вспоминая эту историю чаще, чем первую, я испытываю больше вдохновения сделать что-то выходящее за рамки моих обязанностей. Первая история делает меня циничной, а цинизм редко пробуждает желание не ограничиваться минимальными усилиями.