Замыкал колонну еще один танк. Действовать решили просто и нагло: учитывая, что впереди ехали танки "отремонтированные" и перекрашенные немцами, то прикинулись очередной немецкой колонной, благо грузовики были тентоваными и бойцы не видны.
Подъехав к лагерю, танки сходу перестроились в атакующий порядок и открыли огонь по бронетранспортерам охраны и вышкам с пулеметами. Благодаря тому, что все танки оборудовали радиостанциями, цели были распределены быстро и четко: Т-34 ударили по транспортерам, Т-26 и БТ-7 по вышкам и пулеметным гнездам.
Немцы настолько не ожидали такой "подлянки", что растерялись и не смогли оказать сопротивление. Да и некому оставалось сопротивляться.
Выпрыгивавшие из грузовиков пехотинцы быстро развернулись в атакующую цепь и провели зачистку. Вся операция заняла от силы десять минут и прошла без потерь, благо пулеметчик на одной вышке не смог правильно сориентироваться и, вместо стрельбы по грузовикам, открыл огонь по танкам, поцарапав краску на Т-34. Второй снаряд попал в цель и вышка исчезла в яркой вспышке.
Когда бойцы, проведя контроль охраны, открыли огромные ворота, из них хлынула толпа людей, которые старались поскорее покинуть место заключения.
Самые шустрые из них побежали в практически нетронутую казарму и вскоре появились оттуда с карабинами охраны. Несколько человек полезли на остатки вышек за пулеметами. Все понимали, что они находятся в глубоком тылу у немцев и свою, только что полученную, свободу надо будет защищать. Когда закончились радостные объятия, майор приказал построиться освобожденным:
– Товарищи бойцы. Да-да, несмотря на позор плена, я обращаюсь к вам именно так.
Многие попали в плен не по своей воле. Со всеми случаями будут разбираться соответствующие органы, но это будет потом. Мы готовы дать вам всем шанс смыть это позорное пятно вашей биографии кровью врагов. Только так и никак иначе. Если вы к этому готовы, то у старшины составляете списки и получаете оружие.
Больных и раненых показать санинструктору и погрузить на машины, трофеи собрать, командиры ко мне. Выполнять.
Освобожденные, впечатленные такой речью, тут же развили бурную деятельность и уже через несколько минут Катя с Моррисом осматривали первых раненых.
К майору подошли пятнадцать человек от младшего лейтенанта до подполковника и начали представляться. Обсудив организационные вопросы, майор отправил их формировать взводы и строить командную вертикаль. Пока шла организационная работа, танки и бойцы рассредоточились и заняли круговую оборону.
Водители проверили трофейную технику и смогли завести два транспортера из трех, что было встречено с радостью. По крайней мере появилось еще два транспортных средства, куда можно посадить ослабевших людей. Когда через час колонна, преодолев открытое пространство, свернула в лес, майор вздохнул с облегчением.
Сидя в кабине "Смерча" Николай скучал. Нет, ему нравился полет и ощущения от пилотирования этого совершенного истребителя, но вынужденное бездействие его сильно напрягало.
Николай прикрывал грузовики уже вторую поездку. Поднимая облака пыли колонна ехала по проселочной дороге, объезжая забитую людьми и машинами дорогу.
На перекрестке стояло две зенитные установки из счетверенных "максимов", но, в случае чего, надежды на них было мало, слишком маленькую площадь они прикрывали.
Потому народ, двигаясь по дороге, присматривался, куда бежать в случае чего.
Видимость была миллион на миллион и только редкие кучевые облака нарушали монотонную синеву неба, которое жило своей жизнью – куда-то летели штафели бомбардировщиков люфтваффе под прикрытием своих истребителей, им пытались помешать редкие эскадрильи советских истребителей. Но все это было где-то там, вдали от дороги, и не мешало колонне выполнять поставленную задачу.
– Две цели на пять часов, высота двести метров, скорость 480 километров в час.
Идентификация завершена: "Мессершмит-109E", дальность два километра – голос искина вывел Николая из созерцательного настроения. – Судя по высоте, скорости, изменениям курса – это свободные охотники. Идут плотно, дистанция между ведущим и ведомым порядка тридцати метров.
– Отлично, Смерч, пора размяться. – Николай отправил истребитель навстречу противнику. Прикрытый полями активной маскировки Смерч почти приблизился к мессерам, когда Николай на секунду отключил систему маскировки. Когда у ведущего почти прямо перед носом возник и пропал непонятный летательный аппарат, рука пилота инстинктивно дернулась, уводя самолет от столкновения. И лишь по чистой случайности (и расчету Николая вместе с искином) оказался на пути своего ведомого, который, не успев даже испугаться, влетел в кабину своего напарника.
Вспышка бензина, попавшего на разогретый двигатель и клубок горящих обломков полетел вниз.
– Отлично, Смерч. Знатно мы их напугали…
– Никогда не думал, что я такой страшный – Да у тебя есть чувство юмора, Смерч. Значит не совсем ты железяка.
– Льстишь мне, Николай – Есть немного, ладно. Что у нас по показаниям сканера?
– Чисто пока.
– Скучаем дальше…
