«Адвокаты» прибалтийских республик на доводы об успешности белорусской модели развития обычно возражают, что ВВП на душу населения в Литве, Латвии и Эстонии выше белорусского. Это правда, однако подушевой ВВП в Прибалтике никак не может считаться показателем качества жизни.
Во-первых, валовой внутренний продукт на душу населения в странах Балтии становится тем больше, чем меньше в этих странах остаётся людей. Выбывают прежде всего экономически малоактивные группы населения: старики умирают, молодёжь и безработные уезжают, поэтому в краткосрочной перспективе ВВП растёт (а долгосрочная перспектива прибалтийских политиков не интересует — они думают о следующих выборах, а не о следующих поколениях).
Во-вторых, население убывает, а прямые и косвенные дотации Евросоюза остаются, поэтому на бумаге выходит, что уровень жизни среднего литовца, латыша и эстонца только растёт.
В-третьих, подушевой ВВП распределяется крайне неравномерно, а Латвия, например, является лидером Евросоюза по «коэффициенту Джини» — уровню расслоения между богатыми и бедными. В Беларуси же «коэффициент Джини» — один из самых низких в Европе[40].
В-четвёртых, вычтите из ВВП на душу населения деньги, которые средний литовец или латыш платит за услуги ЖКХ в соответствии с предписанным Еврокомиссией и МВФ принципом стопроцентной оплаты коммунальных тарифов конечным потребителем по рыночной стоимости, и сравните с тем, сколько осталось у белоруса, за которого доплачивает «совковое» государство.
В прибалтийском случае при оплате жилищно-коммунальных услуг государство руководствуется либеральными рыночными принципами, тогда как в белорусском случае — социальными. В результате белорусы оказываются либо в выигрыше, либо в равном положении с жителями Прибалтики при сравнительно более низких доходах.
Другой аргумент — индекс человеческого развития в странах Балтии самый высокий среди бывших советских республик. Но как вычисляется этот индекс? Индекс развития человеческого потенциала (ИРЧП) — это продолжительность жизни, образованность населения плюс подушевой ВВП. Показатель продолжительности жизни в Прибалтике говорит лишь о старении населения и увеличении доли пожилых людей в возрастной структуре. Молодёжь повально бежит из прибалтийских республик, а рождаемость в них ничтожна. Уровень образованных людей в прибалтийском обществе действительно высок, но что потом делать этим образованным людям со своим образованием, если реальная экономика разрушена, а рынок услуг сокращается в связи с сокращением населения? Специалисты с высшим образованием сегодня улетают из Прибалтики сразу по получении диплома. Про ВВП уже было сказано выше.
Так что выходит, что в массе своей белорусы живут лучше прибалтов.
Самый главный критерий — хотят ли люди жить в своих странах: все разговоры об успешности и прогрессивности Литвы, Латвии и Эстонии опровергаются одним неоспоримым фактом — за постсоветские четверть века из стран Прибалтики сбежало исторически рекордное количество жителей, тогда как из Беларуси люди не бежали и не бегут.
Одного этого факта достаточно, чтобы опровергнуть все устоявшиеся представления об эффективности «балтийского пути» и «тупиковости» белорусской модели развития.
Советские Белоруссия и Прибалтика были индустриальным регионом. Доля промышленности в структуре их республиканских экономик составляла более 60 %. У Белорусской ССР были МАЗ, БелАЗ, «Атлант» (Минский завод холодильников), «Витязь» и «Горизонт» (производство бытовой техники). У прибалтийских ССР — Игналинская АЭС, РАФ (Рижский автозавод), «Радиотехника», ВЭФ (Рижский государственный электротехнический завод), Пунане Рэт (эстонские акустические системы).
Разница между современными Прибалтикой и Беларусью проявляется в том, что все белорусские заводы живы и белорусские бренды сегодня на рынках и на слуху. Люди покупают газовые плиты «Гефест» и холодильники «Атлант», каждый третий карьерный самосвал и каждый четвёртый трактор в мире выпускаются на БелАЗ и МТЗ «Беларус».
Беларусь — это страна-аномалия Восточной Европы: если во внутренней политике белорусская аномалия проявилась в недопущении к власти националистов, а во внешней в отказе идти в Евросоюз и НАТО, то в экономике — в сохранении крупной промышленности.
Зато Прибалтика свою промышленность уничтожила. Советская Прибалтика была для Советского Союза аналогом «кремниевой долины»: продукция прибалтийского экономического района обеспечивала СССР бытовыми электросчётчиками на 80 %, телефонными аппаратами на 53 %, вагонами на 30 % и радиоприёмниками и магнитофонами на 23 %. Не просто промышленный, а высокотехнологический промышленный регион: прибалтийские ССР поставляли наукоёмкую дорогостоящую продукцию. Сегодняшние Литва, Латвия и Эстония поставляют в основном продукты питания и дешёвую рабочую силу.
