– А я думала, что ты хочешь получить технику на три с половиной тысячи фунтов, чтобы выставлять себя посмешищем в интернете, – напомнила я ей. Джейн смотрела на меня ненавидящим взором. Моя решимость стала давать трещину. У меня не было сил на еще одно противостояние характеров. Джейн поддала ярости своему взгляду.
– Так, ну ладно, предлагаю компромиссный вариант. Ты проколешь уши не на это Рождество, потому что бабушка будет причитать все время, что ты стала как все, но ты можешь сделать пирсинг ушей на свой двенадцатый день рождения, ладно? На год раньше. И только по одной сережке в каждое ухо. Вот так!
– Спасибо, мамочка, – вдруг совершено нормальным голосом сказала Джейн и поскакала по своим делам с таким довольным видом, что мне показалось, что меня провели, и весь этот развод на Youtube/GoPro был ею затеян, чтобы я сломалась и пошла на уступки в том, что ей на самом деле было от меня надо. По правде говоря, не так уж это отличается от того времени, когда отец пообещал мне купить бальное платье на университетский вечер и мы поехали с ним в Лондон по магазинам. Мы пошли сразу в универмаг Selfridges, где я тут же увидела мое идеальное платье, но отец посмотрел на ценник, ему стало плохо, и он наотрез отказался платить кучу денег, как он выразился, за куцую юбчонку, и тогда я стала примерять на себя все подряд платья во всех магазинах, что были на Оксфорд-стрит, до тех пор, пока отец не сдался и не согласился заплатить сколько потребуется, реально сколько надо, но только бы его отпустили домой, где он мог бы забыть про этот ужас с платьями за джином с тоником, поэтому мы просто пошли обратно в Selfridges и купили то самое первое платье. Так что, полагаю, Джейн честно отыграла свою партию.
Но только сейчас я понимаю отца, которому тогда непременно требовалось выпить джина. Быть родителем – это тяжкий труд, и когда у вас младенец, который не дает вам выспаться, – это просто цветочки по сравнению с тем, что вас ждет потом. Я-то все надеялась, что в какой-то момент станет легче, все изменится к лучшему, но не тут-то было. Проблемы меняются и все, но никогда не становится легче. Как говорится, маленькие детки – маленькие бедки, большие детки – большие бедки. И у вас смешанные чувства, иногда вы готовы выбросить своих бесценных деточек в окошко (или просто отрицать их наличие, как я на работе), но с другой стороны, вы порвете на части любого, кто осмелится допустить, что ваши ангелочки не такие уж идеальные, не говоря уж о том, чтобы причинить вред вашем херувимчикам. Хоть они и исчадья ада, но они ваши исчадья вашего ада, и вообще лучше их свет не видывал, и вы их так сильно любите, что, кажется, сердце просто не выдержит столько любви и лопнет. Автор «Довольного ребенка» Джина Форд нигде в своей книге не писала, как справляться с таким дуализмом.
Давно мы, Ханна, Сэм, Кэти и я, не собирались вместе, чтобы выпить, уж сколько раз я думала всех собрать и накатить, как в старые добрые времена, но все никак руки не доходили, а ведь скоро Рождество, и если не сейчас, то уже в январе, но тогда все будут без денег, в посленовогодней депрессии, на диете / на сушке / или и то и другое вместе, поэтому сегодня, после зубодробительно громкого и выматывающе долгого школьного рождественского концерта (это мне в наказание за вранье на работе, что я у дантиста, такое фальшивое мимо нот исполнение сравнилось бы с болью от зудящей бормашины) я решила – была, не была, загнала в угол игровой площадки Сэма и Кэти и выдала: «Айда пить сегодня вечером!»
Они оба в шоке уставились на меня.
– Сегодня вечером? – тусклым эхом повторили они.
– Ага, сегодня вечером! – не отступала я от них.
– Но Эллен, это же незапланированная вылазка! – изумленно воскликнула Кэти.
– И куда мы пойдем? – недовольно поинтересовался Сэм, все еще не веря до конца в возможность такого развития событий.
– Ну, в паб, конечно, как обычно мы ходим. Но сегодня мы пойдем туда спонтанно! У меня на работе народ так все время делает, – воскликнула я весело.
– Ну, они же молодые, поэтому. А у нас… дети… куда их? – заныли они. – Наших ненаглядных чад. Что с ними делать?
– Эллен, ты же не забыла, я отец-одиночка, – подчеркнул Сэм. – Мне не на кого оставить детей, на Робина надеяться бесполезно, он все равно, что дилдо из пластилина, что в жизни, что в постели, проку от него менее чем ноль, – заключил он с нотками горечи.
– Легко разрулим, – сказала я. – Кэти, я так поняла, что Тим сегодня вечером будет дома, потому что ты сказала, что он будет готовить ужин, так что он сможет не только ужин приготовить, но и дочек уложить спать. Сэм, твои Софи и Тоби пусть придут к нам ночевать, Саймон за ними присмотрит. Сказать по правде, так ему даже меньше работы будет, чем с двумя своими детьми, которые вдвоем только и делают, что дерутся как кошка с собакой, а когда твои детишки к нам придут, то мальчишки будут до потери сознания рубиться в компьютерные игры, а одиннадцатилетние сороки найдут, чем себя занять, у них там полно блестяшек и зеркалец.
