Почему тебя похитили полностью

На ее лице отсутствует какое-либо выражение.

― Ламарр была выдающейся женщиной, я буду любить ее всегда.

Ладно, это совсем не странно.

― Она была самой красивой женщиной в Европе в сороковых, снялась в тридцати пяти фильмах, в одном из которых был впервые показан женский оргазм, и была математическим гением. Она изобрела метод расширения спектра с псевдослучайной перестройкой частоты!

― Это Wi-Fi, ― поясняет Сет. ― Беспроводной интернет.

― Никогда о таком не слышала, ― говорит Кирстен, но, тем не менее, она впечатлена, особенно, степенью его чудаковатости.

Она удивлена, что у него нет «шеи бороды» (прим.: это уничижительный термин и стереотип для мужчин, которые проявляют такие характеристики, как социальная неловкость, неуспех или претенциозность) или вытянувшихся пальцев, как у геймеров.

― Вы как раз вовремя, ― говорит он, используя телефон, как беспроводной указатель, чтобы открыть браузер на главной странице, в котором находится фотография студентов-коллег, и, запуская программу, показывающую какие характеристики лица принимались во внимание при поиске соответствия.

― Этот «ФазиформДжи» обладает удивительными характеристиками. Вы не поверите результатам. Тому, кто эти чуваки на фото, то есть.

Он снова поправляет очки.

― Это просто глыба. Это как космос. Неудивительно, что они пытаются это скрыть.

― Марко? ― сверху лестницы доносится женский голос с легким акцентом хинди.

Парень закатывает глаза.

― Не сейчас, ма! ― говорит он. ― У меня встреча!

― Марко? ― зовет она, в этот раз ближе.

― Ма! ― отвечает он. ― Я занят!

Индиго в золотом обрамлении вспыхивает у подножия лестницы.

― Мне показалось, что я слышала голоса!

Она ослепительно улыбается, красивая женщина в таком ярком сари, что больно глазам. Она держит серебряный поднос, полный еды, приготовленной во фритюре. Дымчатые ленты запахов: кумина, куркумы, кардамона плывут к ним. Кирстен моргает, на короткое время ей кажется, что у нее галлюцинация. В данный момент ее рука кажется опухшей.

― Марко, тебе следовало сказать мне, что ты ждешь гостей. Я бы приготовила доса (прим.: распространенное у народов Южной Индии блюдо; тонкие, хрустящие блинчики из чечевичной и рисовой муки, испеченные на круглой, литой чугунной сковороде)!

Он краснеет, подходит к ней, забирает поднос и с грохотом опускает на заваленный стол. Дизайнерская игрушка ― Мураками ― опрокидывается. Кирстен аккуратно ее поправляет.

― Спасибо вам, ― говорит она, ― я голодна.

― Это лишь небольшая тарелка кушаний, ничего особенного.

Женщина улыбается.

― Спасибо, ма, ― бормочет Марко, ведя ее к лестнице. ― Увидимся позже, ладно?

― Ты слишком худой! ― говорит она, показывая на Сета. ― Я готовлю фасоль, если хочешь, оставайся на обед.

Как только Сет замечает на блюде самосу, он громко смеется. Освежающе видеть старый культурный стереотип, имеющий место в реальной жизни. Южная Африка стала такой многонациональной, что редко можно увидеть, скажем, африканского фермера в двухцветной рубашке, носящего расческу в носках цвета хаки, или цветного рыбака с отсутствующими передними зубами. Он празднует это, поедая самосу (прим.: жареное или печеное тесто с начинкой), которая жжет ему рот. Превосходно.

― Как я и говорил, ― вздыхает Марко, а затем снова оживляется. ― Космически.

«ФазиформДжи» автоматически открывает браузеры на трех других экранах, по одному на каждое лицо, первые две личности раскрыты: блип, блип. Программа все еще ищет соответствие для третьего лица. Через кросс-ссылки с сотнями телевизионных интервью, пиар-шоу и виртуальных новостных статей. Кирстен и Сет рассматривают найденных.

― Ох*еть, ― шепчет Кирстен.

Первый мужчина, привлекательной наружности, улыбается им совершенной улыбкой.

― Это… ― начинает Марко.

― Кристофер Уолден, ― отвечает Сет. ― Основатель и генеральный директор «Фонту-с».

― А это, ― продолжает Марко, ― Табиле Сичека, министр здравоохранения.

― Нет, ― произносит Кирстен, не веря своим ушам.

― Третье лицо пока не находится… может быть третий человек не так хорошо известен или фотографируется не так часто, как первые двое. Может быть, он застенчивый, избегает быть в центре внимания.

― Итак, у нас есть генеральный директор одной из крупнейших, наиболее успешных корпораций в стране, и министр еб*нного здравоохранения. Промышленность, правительство, и, вероятно, можно предположить, что какой-то академик, доктор или ученый. Способности и власть, чтобы творить, что угодно. «Троица».

― Святая Троица, ― произносит Марко.

― Скорее, гребаная Несвятая Троица, ― не соглашается Кирстен.

― Но мы все еще не знаем почему. Зачем им похищать детей, зачем убивать, ― говорит Сет, ― и почему сейчас?