Капитан Доуби брезгливо потряс головой.
— Ну, так один кучерявый сообразил, что легче всего отогнать его своим ходом. Он не то грузовик водил, не то еще что-то — во всяком случае, немножко разбирался. Так он ввинтил свечи и завел двигатель. А на глиссерах они мощные — скорость до пятидесяти миль. Ну а этот недоумок врубил на полные обороты без капли горючего и испек оба двигателя. И полковник Юлайн все утро ищет, где бы реквизировать два новых двигателя. Так что забирайте их себе, братец, и на здоровье. Я буду на складе, если понадоблюсь.
Оставшись один, лейтенант Андерсон некоторое время наблюдал, как взводы разбиваются на группы и расходятся. Вернулся сержант Роджерс и сказал:
— Они сейчас получат инструменты, сэр. Разметочные колышки я вижу. Начинать с какого-то определенного?
— Нет, — сказал лейтенант Андерсон. — Они пронумерованы. Вот чертежи, они тоже пронумерованы. А как с обедом?
— Капрал Макинтайр отрядил несколько человек, сэр. Я их оставил в столовой в лагере. Они приготовят бутерброды и бидоны с лимонадом. К полудню ребята так разогреются, что есть им расхочется. Когда бутербродов наберется достаточно, капрал Макинтайр доставит все на грузовике сюда. Грузовик уже там.
— Прекрасно, — сказал лейтенант Андерсон. — А чем занимаются эти двое?
Сержант Роджерс оглянулся.
— А! — сказал он. — Немножко разминаются, сэр. Расхлябанность в строю.
— Ну так остановите их, — сказал лейтенант Андерсон, хмурясь.
— Эй, вы, отставить! — крикнул сержант Роджерс. — Идите к своему взводу.
Лейтенант Андерсон посмотрел по сторонам. Рядом никого не было.
— Прекратите это, сержант. Я ведь вас уже предупреждал. Если один из них накапает инспектору…
Сержант Роджерс сказал:
— Сэр, есть среди них такие, которые мало в чем разбираются, но у всех до единого хватит ума не ходить капать у меня за спиной. Я бы и не стал, так куда денешься. Кое-кто слишком о себе воображает.
Мисс Канди, хмурясь на очередную из многочисленных поправок в тексте, медленно посасывала кофе из бумажного стаканчика. Потом поставила стаканчик, по краю которого алел мазок губной помады, и вдруг кивнула. Ее пальцы опустились на клавиши пишущей машинки и затанцевали по ним словно сами по себе.
— Лейтенант Эдселл такое пишет! — сказала она с упоением, вынула допечатанный лист, ловко переложила копиркой три новых листа и вставила в машинку.
Капитан Дачмин, горбясь над собственной машинкой на тумбочке, придвинутой к его столу, бормотал:
— Ах, чего только не пишет анонимный автор технического руководства одиннадцать дробь четыре-сто десять! — (На столе перед ним был распластан экземпляр этого руководства.) — Он вещает, что без соответствующего опыта пол голубей определить трудно и часто, оказывается, необходимо наблюдать за их действиями, когда они вместе. Неприличная идея, а? Хм! К обычным отличительным действиям самца… хм! Клевание головы самки, когда она не выражает желания спариться. Хм! А что, если и правда? Палм, вы испытаете желание спариться, если он будет клевать вам голову?
— О, капитан Дачмин!
— Я что, с ума сошел? — Капитан Дачмин выпрямился. — Зачем я перепечатываю? Где твои ножницы, Нат? Вырежу все, что мне требуется, и наклею.
Натаниел Хикс, просматривавший оканарскую «Морнинг сан», сказал рассеянно:
— Мои ножницы у тебя в ящике, куда ты их положил, когда стибрил в последний раз.
— Капитан Хикс!
Он перевел взгляд с газеты на мисс Канди.
— Да-да? — сказал он.
— Капитан Хикс, только послушайте, что пишет лейтенант Эдселл в этом рассказе.
— Не буду. Более того, теперь уже девятый час. Так что хищение или использование не по назначению казенной писчей бумаги, копирки, ленты для машинки и самое машинки вы усугубляете дефалькацией чело… пусть даже женщино-часов, которые принадлежат армии и оплачиваются таковой.
— Так мне всего страничка осталась! И у вас для меня пока ничего нет. И у капитана Дачмина тоже. А что такое дефалькация? Только если не какая-нибудь гадость!
— Этот термин означает растрату того, что доверено.
— Так уж этого я никак не делаю! Правда, капитан Дачмин?
— Многосложный юмор! — сказал капитан Дачмин. — Многосложный юмор! Сей редактор изволит шутить. Не шути более, редактор. И хватит шуметь. Я никак не докончу раздела, а мне скоро уже лететь. А я вам рассказывал, что произошло вчера? Из-за навигационных ошибок лейтенанта Юснера, которого Мэнни всучил нам за штурмана, мы сбросили наш складной, цилиндрического типа контейнер с четырьмя птичками прямехонько в пруд, где все они и захлебнулись. Можно подумать, что голубей у нас навалом.
Мисс Канди сказала:
— Он пишет про этого человека: «Бдительная подлость духа, стойкая верность глупости, воспитанная тридцатью годами службы в армии, сделали его идеальным кандидатом в генералы». — Она хихикнула. — Как он не боится, что это попадется на глаза генералу Билу или кому-нибудь еще? А что значит — бдительная подлость?
— Это значит «осторожная», «осмотрительная», — сказал Натаниел Хикс. — Сначала хорошенько погляди по сторонам, а потом уж делай.
