— Я тоже, — ухмыльнувшись, поднял глаза генерал Бил. — Язви его в душу! С полигонной вышки мне передали, чтобы был повнимательнее — приближается этот «пэ-тридцать восемь». Я был занят по горло — упражнялся в стрельбе, да и офицер из полигонной команды ел меня поедом всю дорогу. — Он резко повернулся в кресле и нажал на кнопку на маленьком ящичке.
— Слушаю, сэр, — раздался голос миссис Пеллерино.
— Вера, позвоните в Чечотр, — сказал генерал Бил, — узнайте у них фамилию и личный номер офицера, который дежурил сегодня на полигоне около полудня. Я хочу объявить ему благодарность в приказе с занесением в личное дело. Напомните мне потом.
— Слушаюсь, сэр.
— Он действовал правильно, этот парень, судья, — сказал генерал Бил полковнику Россу, — знаете, действительно отлично. Трудно ему пришлось. Мне следует чаще бывать на объектах и своими глазами видеть тех, кто хорошо знает свое дело, — пусть они знают, что мы помним о них.
— Думаю, это не повредит, — ответил полковник Росс, — однако вы же не можете везде поспеть. Да и увидите вы совсем не то. Они все делают совсем по-другому, когда их никто не видит. Кроме тех, кто, по-вашему, заслуживает благодарности, будут еще десятки таких, кто, по общему мнению, заслуживает ее еще больше, однако ничего не получает. Вы думаете, что парень из Чечотра и в самом деле не знал, кто вы?
— Конечно, нет, судья. Я приказал Дэнни сообщить на полигон, что летит самолет, но запретил говорить, кто на борту. Я знаю, что он не стал бы нарушать приказ. Кроме того, вы ведь слышали, как этот малый вцепился в меня. — Генерал Бил рассмеялся. — Он заявил, что мне бы лучше не отрабатывать стрельбу, пока не научусь летать на сорок седьмом. Сказал, что раз десять я мазал, и объяснил, где именно. И он прав. Он видел, что я еще не в ладах с этим самолетом, особенно в пикировании. Стоит послушаться его, действительно идет на пользу. — Он взглянул на полковника Росса и быстро продолжил: — А самолет хорош, судья. С каждым разом он нравится мне все больше. Хотя из-за тяжелого турбокомпрессора он не столь быстр, да и сложен немного в управлении на малых высотах, но какой движок! Но четырехлопастный пропеллер! Мощность, которую он развивает! А живуч, собака. Уж до дома-то всегда дотянет, ей-Богу. Весь в дырах, а летит себе хоть бы что.
— Рад слышать, — сказал полковник Росс, — насколько я понял. Управление по материально-техническому обеспечению закупает для нас семь или восемь тысяч таких машин. Меня радует, что у вас отличное настроение. Да, мы начали было о Каррикере.
— Подождите, — сказал генерал Бил, — только что вспомнил — и отличного настроения как не бывало. Я ведь послал одного из людей Маккрири на квартиру к этому, ну, как там его? Что-то вроде Эйзенхауэра, вы, кстати, ничего об этом не знаете? Джо-Джо весьма сожалеет, что сбили Фрэнка Эндрюса. Я вам потом расскажу. Уэртенхауэр — нет. Вертауэр, так, кажется. — Генерал Бил протянул руку к большому ящику.
— Это миссис Спен, генерал, — быстро раздалось в ответ, — полковник Моубри еще не вернулся. Я думаю, что он в клубе вместе с генералом Николсом.
— А Ботти на месте? Пусть позвонит начальнику медпункта. Скажите, что я освобождаю лейтенанта Вертауэра. Что? Как пишется? Понятию не имею. Пусть возвращается на службу. Немедленно.
— Слушаю, сэр.
— Он вел себя довольно нагло, и я вышел из себя, — сказал генерал Бил, — наверное, мне надо было сдержаться.
— Я слышал, что и Хэл со своими людьми, и Хикс со своим проектом тоже отнюдь не улучшают вам настроения, — сказал полковник Росс, — говорят, что вы приказали отменить этот проект.
— А, это! — воскликнул генерал Бил. — Я ничего не имею против Хикса. А он что подумал? Я никогда не видел толку в этом проекте, правда. Считаете, нам стоит начать работу над ним? Ладно, подождем немного. Я хочу рассказать о нем Джо-Джо, посмотрим, что он думает по этому поводу. Разрешите мне это сделать, судья.
— Вы командир, — ответил полковник Росс, — для всех, пожалуй, кроме Бенни.
— Не скажите, — засмеялся генерал Бил. — Уж в чем, в чем, а в исполнении приказов Бенни весьма преуспел — сколько инициативы, какая изобретательность, какая находчивость. Ведь как дело было. Я заметил, что ко мне приближается этот «тридцать восьмой», и удивился. Потом увидел, как он сделал поворот, потом развернулся и стал подходить ко мне слева. Я сразу понял, что это Бенни — он любому сто очков вперед даст. Второго такого поискать. Я видел, как он занял позицию, — продолжал генерал, поскольку полковник Росс молчал, — встал крыло к крылу, посмотрел на меня и поднял вверх палец, предлагая мне включить канал А, но я смотрел вперед и делал вид, что не обращаю на него внимания. Я выполнял третий разворот для выхода на полигон и понимал, что он делает то же самое, но все равно не смотрел на него.
Генерал Бил опять засмеялся:
