— Есть на территории нашей больницы одно помещение неподалёку от хирургического корпуса. Так вышло, что я заинтересовался им и решил посмотреть, что внутри. В подвале, к моему удивлению, обнаружилось подобие операционной. Мой заведующий объяснил, что в виварии он устроил склад оборудования, и я был склонен ему поверить. Если бы не одно «но». Даже два, — поправился я. — Первое — это то, что виварии — так называется помещение, — присутствуют свежие следы пребывания людей. Чем они там занимаются? К тому же люди появляются ночью, приезжая на машине «скорой помощи» с номерами, не зарегистрированными в городском ГИБДД. Во-вторых, когда вчера ночью я пробрался в подвал, то чуть не попал под огонь какого-то безумца. Он не долго думал, мягко говоря, прежде чем вытащить ствол.
— И как же ты выкрутился? — спросил Богданов.
— Повезло, — развёл я руками, — до стрельбы дело не дошло.
— Понятно, — обменявшись взглядом с Олегом, усмехнулся он. — Ты у нас парень красноречивый, любого безумца уговоришь. Что же с Паком не договорился?
— Сложно с ним разговаривать, — серьёзно ответил я. — У него ведь, как вы точно подметили, на руках был наряд на убийство, а не на ведение дипломатических переговоров. Так уж вышло.
— Ну, и что ты обо всём этом думаешь? Какие выводы сделал? — как бы невзначай спросил Богданов.
— Пока ещё рано об этом говорить, — ушёл я от ответа.
В самом деле, не рассказывать же ему, что под подозрение попал Хохлов, человек, которого я довольно давно считаю если не другом, то приятелем. Нет, сначала лучше всё проверить. Кстати, сам Владимир Борисович о своих выводах не распространяется.
— Пусть будет так, — неожиданно согласился он. — О чём Горенца хотел просить? Чтобы перед Гномом за тебя заступился?
Я внимательно посмотрел в глаза человека, которого уважал, пытаясь понять: шутит он или хочет оскорбить. Но прочитать что-либо во взгляде Богданова было так же сложно, как разгадать тайну египетских пирамид. Почувствовав, как лицо наливается кровью, я ответил:
— Если я и попрошу о чём-то Олега, это останется между нами. Вас я вмешиваться не просил и за вашу спину прятаться не стану.
Он чуть заметно усмехнулся. Понятно теперь, подумал я, в кого у Наташки такой характер. Хотя до отца ей ещё далеко.
— Это хорошо, что не собираешься. Ну, тогда и толкуйте о своих делах сами.
Он быстро и легко поднялся, подтянутый и крепкий, несмотря на возраст. Потом, шепнув что-то Олегу, вышел из комнаты, и его шаги затихли вдали. Мы с Горенцом помолчали.
— Давай хоть поужинаем, что ли, — предложил я, стремясь разорвать неловкую тишину.
— Идёт, — оживился он. — Правда, всё уже остыло. Сказать, чтобы разогрели?
— Брось, — отмахнулся я. — Обойдёмся холодным. Угощай, хозяин.
Олег засуетился, снимая крышки с блюд и предлагая мне то одно, то другое. Я не выдержал первым.
— Олег, обязательно было приводить с собой Богданова? Он твой босс, да?
Горенец кивнул и опустился на стул.
— Ты пойми, Саша, я ведь для твоего блага старался.
— Вот как? — я удивлённо поднял брови.
— Конечно, — убеждённо ответил он. — Могу объяснить, почему.
— Попробуй, — кивнул я, закуривая.
— Видишь ли, — начал он, — чтобы иметь возможность помочь тебе по-настоящему, я должен был получить одобрение своего, как ты выразился, босса.
— А без него никак?
— Никак, — покачал головой Олег. — У нас ведь контора серьёзная. Кроме того, я уже пытался тебе намекнуть, что Богдан следит за твоей судьбой, периодически интересуется, как у тебя дела, чем занимаешься.
— У кого интересуется?
— Какая разница? — слегка порозовел Олег. — Главное, что ты ему не безразличен.
— Подумать только, какая милость, — зло усмехнулся я, — что-то не замечал раньше особой любезности с его стороны. Более того, здоровается то сквозь зубы.
— Правильно, — кивнул он, — у него были на то причины. Он очень не хочет, чтобы ты пошёл по стопам большинства его учеников, потому и держит тебя на расстоянии. Ты сам вспомни, много ли из тех, с кем ты занимался вместе, сейчас живы-здоровы, да ещё и на свободе?
Подумав, я отрицательно покачал головой.
— Вот именно. Так уж сложилось. Богдан не раз говорил, что тебе, одному из немногих, хватило ума не залезть в криминал.
— А моя помощь вашим подранкам? — напомнил я.
— Ерунда. Половина хирургов и травматологов в городе этим занимаются. На зарплату ведь не прожить. К тому же ты всегда можешь сказать, что тебя принудили к этому угрозами. Мы ведь так когда-то договаривались?
Я кивнул, вспомнив этот давно забытый пункт нашего договора.
— Так что давай, Саныч, без обид. Прими всё как есть и не ломай зря себе голову. Лучше выкладывай, что задумал и чем я могу тебе помочь.
Я напомнил себе старую истину о том, что если не можешь изменить ситуацию, надо изменить своё отношение к ней, и не стал упрямиться.
— Хорошо, Олег. Пусть будет по-твоему. Вот о чём хотел тебя попросить. Объясни, пожалуйста, где находится резиденция Гнома.
— Ты что задумал? — насторожился Олег.
— Да, ты угадал. Хочу нанести ему визит.
— С ума сошёл?
