Залив напоследок костерок, чадящий на ветру, мы покинули гостеприимную поляну. На обратном пути я по-прежнему держался за машиной Хохлова. Лишь у виадука на въезде в город я помигал на прощанье фарами и свернул на объездную дорогу. Затем, покружив в лабиринте улочек, вернулся на центральную улицу и вновь пристроился у него на хвосте, пропустив вперёд несколько машин. Любопытно было посмотреть, куда доставит Хохлов своего «единомышленника». Так и не заметив меня, он притормозил у «Евразии», гостиничного комплекса.
Моргун, что-то сказав ему, вышел и направился к входу. Судя по угодливо заулыбавшемуся швейцару, его здесь знали. Выяснив всё, что хотел, я развернулся и поехал домой смывать пропитавший меня запах костра.
После душа я сел к телефону и набрал номер Олега.
— Как дела? — поинтересовался он. — Я, кстати, тебе недавно звонил.
— Зачем?
— Ребята нашли «скорую», про которую ты говорил.
— Да что ты? Как?
— Случайно. Увидели номера, к которым я просил присмотреться, и проследили за ней.
— Куда же она привела?
— Как ни странно, в гараж Гнома.
— Что ты говоришь? Здорово…
— Тебе это помогло?
— Да, конечно. Спасибо.
— Ещё помощь требуется?
— Нет, не надо.
— Саня, только ты не лезь, куда не просят, сломя голову. Если задумал что — скажи лучше мне, мы всё грамотно организуем…
— Нет. Лучше скажи мне, у тебя в «Евразии» среди персонала знакомых никого нет?
— Есть вообще-то. Смотря какие знакомые тебя интересуют. Если девочки…
— Какие ещё, к чёрту, девочки, — возмутился я. — Мне сейчас не до развлечений. Хотя… Как ты думаешь, если проститутки тусуются среди постояльцев, они что-нибудь должны о них знать?
— Должны, наверное. А не знают, так узнают, если я попрошу. Кто конкретно тебе нужен? Говори, я записываю.
— Нет, так не пойдёт. Ни фамилии, ни, возможно, имени настоящего этого человека я не знаю. Мне самому на месте будет легче разобраться. Ты только скажи, к кому обратиться.
— Значит, так. В ресторане, что на первом этаже, спросишь Зою. Ей объяснишь, что от меня. Дальше сами разбирайтесь. Кстати, рекомендую. Девчонка — золото.
— Обойдусь без твоих рекомендаций, — проворчал я.
— Конечно, до дочери Богданова ей далеко…
— Что ты этим хочешь сказать? — насторожился я.
— Ничего. Просто видели вас несколько раз вместе, — безразличным голосом ответил он.
— И что? — я начал злиться.
— Да ничего. Слушай, Саня, какой-то ты нервный стал в последнее время. Слова сказать уже нельзя. Что ни сделаю, тоже всё плохо.
— Ну-ну, — проворчал я в ответ на обиженную реплику Горенца и положил трубку.
Господи, вроде и город огромный, а всё равно живём, как в деревне. Стоит где-то вместе показаться, и тут же находится куча знакомых, видевших вас. Да ещё и сделавших собственные нелепые выводы. Кошмар какой-то.
В раздражении я обжёг палец, наливая чай, и запрыгал по кухне, шипя и ругаясь. Потом, уже успокоившись, примостился на широком подоконнике и закурил.
Люблю вот так сидеть, смотреть с высоты на творящееся внизу и ни о чём не думать. Но сегодня в голову невольно лезли разные мысли. Например, о Хохлове. Вот уж кто удивил, так удивил. Я-то всё время считал его просто весёлым прожигателем жизни, беззаботно проводящим время, а он, оказывается, вместе со своим постоянно моргающим шефом целую философию подвёл под банальную уголовщину. Банальную, да не совсем. Преступление, конечно, налицо, но попробуй доказать что-либо.
С виду всё кажется совершенно невинным. Въезжает на территорию больницы «скорая помощь», внутри, если остановить и проверить, больной без сознания. То, что потом водитель предпочитает парковать машину у вивария, тоже в глаза не бросается. Помещение считается заброшенным, и вряд ли у кого возникнет желание посмотреть, что там творится ночью. Останки, видимо, вывозятся на той же «скорой». И если остановить машину в этот момент, преступникам не отвертеться.
Надо только отследить всю цепочку, чтобы в сети не попала одна мелкая рыбёшка. Самоуверенному философу Моргуну тоже не помешает поглядеть на тюремные нары. Хотелось бы посмотреть, как он там будет братве объяснять свою жизненную позицию.
А пока придётся мне нанести визит в логово Гнома. Не хочется, но придётся, повторил я, начиная одеваться.
Темнота уже облепила зажжённые фонари, когда я вышел из дома. В машине я ещё раз просмотрел нарисованную накануне Горенцом схему. Что ж, следуя ей, до прибежища Лёвы я доберусь. А что делать дальше, будет видно.
Я закурил и тронулся с места. Ночная дорога заняла немного времени, хотя ехал я медленно, боясь пропустить нужный поворот. Скоро в свете фар мелькнул чуть заметный из-за деревьев забор.
Я согнал машину на обочину, прикрыв её загодя прихваченной камуфляжной сетью. Тёмный силуэт на фоне звёздного неба напоминал теперь огромный валун. Я осторожно двинулся вперёд, старательно обходя лежащие на земле ветки.
