– Мистер Грейт, это не то, чего я ожидал. Другого вы, видимо, предложить не сможете. Нет. Скорее всего, нет. Я не…
Вежливый собеседник резко перебил меня.
– Видите ли, Аарон. В принципе, у вас есть выбор: будете с нами – мы сделаем вас знаменитым на весь мир или же без нас, но до конца своих творческих дней будете выступать в таких небольших клубах как “Midnight”. Максимум, что вам посветит, это концертная площадка на дне квартала. Или подворотни, где проводят свои концерты уличные простаки. Дальше, каким бы талантом вы, юноша, не обладали, дорога лежит через нас. Наша корпорация курирует залами по всей Америке, мы с ними в хороших отношениях и просто так вас к ним не допустят. Увы, мой друг. Выбирайте. – он одарил меня хитрой улыбкой и остался очень доволен своей проникновенной речью. В голове снова забили мощные английские часы над лондонскими просторами. Мне стало грустно, что за это короткое время правления толстосума Блэкстоуна любимая школа старины Артура превратилась в монстра.
– Да, должен признать – вы четко умеете излагать суть. Мне дать ответ прямо сейчас или у меня есть время подумать?
– Лишнего времени у меня, мистер Бейли, нет. Я не намерен ждать ни единого часа.
– К чему эта спешка? – я почувствовал неладное. Мое возмущение и негодование могло бы длиться вечно, я разозлился на Грейта, на себя, на головную боль и даже на часы Биг Бена, которые, казалось бы, здесь совсем не при чем. Питер остановил меня движением морщинистой руки, и этого жеста оказалось достаточно для того, чтобы я замолчал.
– Вам нужно знать, Аарон, что таланты очень легко зарываются в землю. – его взгляд, кажется, прожигал дыру в моей больной голове, а грубый хрипловатый голос больно ранил душу. – Мы вам нужнее, чем вы нам. Если вы не желаете с нами сотрудничать, я пойду дальше, мой день расписан по минутам. Но помните о том, что к мечте, парящей над землей, долог путь.
Я икнул. Чтобы какой-то презренный человек… Мне?! Словами моей же песни? От его слов по телу пробежал неприятный холод. Последние слова он бросил с особой жестокостью, и он смотрел на меня бледно-голубыми зрачками глаз, выцветшими от линз, и ждал. Многомиллионная корпорация поставила мне ультиматум. Словно заправский профессор, с умным видом я принял игру.
– Мистер Грейт. Я долго терпел наглость. Насколько я осведомлен, в вашу школу просто так в конце года не поступить, да и нужно пройти строгий отбор. И вы меня берете без экзаменов сразу после какого-то клубного концерта? Хорошо, но, по-моему, я вам все-таки нужнее, раз вы готовы закрыть все площадки Америки лишь для того, чтобы Аарон Бейли пришел на поклон и стал с вами сотрудничать! Я готов дать согласие при условии…
Питер Грейт вновь перебил меня, убийственно спокойным тоном апеллируя словами.
– Юное дарование, хватит играть в детектива. Признаюсь честно – я и сам не сторонник нарушать годами установленные правила, но директор корпорации приказал привести вас в школу. Он уверен в вашем успехе, и моего босса невозможно переубедить. Лично я считаю, что без вас мы как работали ранее, так и будем работать! Извините, если чем-то обидел.
– Спасибо, вы очень вежливы! Наконец-то перестали камуфлировать истинное отношение ко мне красивыми двусмысленными фразами и перешли в открытый диалог. Я вам противен. Что ж. – слыша откровенное признание Грейта в том, что он на меня чихать хотел, я задался вопросом: зачем отправлять для заключения сделки человека, который не заинтересован в положительном результате? – Не перебивайте меня, пожалуйста. Я рад, что теперь знаю правду. Вы мне тоже не сильно симпатизируете, но, так и быть, давайте посотрудничаем.
– О, спасибо, великодушный мистер Бейли! – Питер в прямом смысле склонил голову ниже плеч, отвесив мне грандиозный поклон. – Вчера вы сумели покорить толпу, хоть и закончили выступление весьма плачевно, но не расслабляйтесь. Работа артиста – это не то, о чем вы, вероятно, подумали, когда ступили на карьерную лестницу.
– Да откуда вам изве…
– Я вас наберу завтра и скажу, что делать.
