Давид выдержал ее взгляд. В этой девушке было что-то удивительное.
Внезапно у него в мозгу пронеслась одна мысль. Давид замялся…
– Хотите ознакомиться с протоколом вскрытия?
Вопрос словно вылетел изо рта сам, как будто Давид выговорил эти слова, даже не приняв решения.
– Конечно, и даже очень хотела бы!
Давид задумчиво кивнул. Еще помялся.
– Это возможно, – в конце концов сказал он. – Но вам надо поехать туда самой, потому что я не родственник, мне протокол не дадут. Но я могу вас сопровождать, если захотите…
Когда минуту спустя Давид выходил из дома Эвы, у него возникло чувство, что он ввязался в эту историю, даже не приняв осознанного решения. Но хотел ли он ввязываться?
Теперь Давид был убежден: его путь в программировании – это верный путь. Он выведет к решению, отдел доработает систему шифрования, которую все ждут, как мессию. Давид был настолько в этом уверен, что весь вчерашний вечер провел на сайте продажи недвижимости, подыскивая помещение своей мечты, которое можно было бы арендовать, когда его наконец повысят до руководителя проекта.
Сорок второй этаж.
Давид уже заранее трепетал, когда девушка из агентства толкнула дверь апартамента, который он приглядел.
Давид вошел, сделал несколько шагов и замер, ослепленный ярким светом. Перед ним, за настоящим панорамным окном, открылось настоящее море. Поразительно! Давид подошел и как зачарованный уставился на океан, простиравшийся, насколько хватало глаз.
– Каждая стена, разумеется, обеспечена экраном последней модели, – похвасталась девушка и принялась перечислять все достоинства конструкции.
Но Давид ее и не слышал: он как загипнотизированный любовался панорамой, от которой захватывало дух. Он внес арендную плату за апартамент на сорок восемь часов. У него оставалось два дня, чтобы проверить свою работу и представить Рюсселю. Давид был уверен, что все получится. Ведь ему так этого хотелось…
Через пятнадцать минут Давид подошел к двери морга, расположенного за больничной парковкой и замаскированного металлическими деревьями. Он сфотографировал скромную вывеску и разместил фото на своей странице
Внутри он обнаружил Миотезоро – тот, в белом халате, в легком облачке запаха формалина, был на рабочем месте: в почти пустом зале, освещенном слабым голубоватым светом. Давид протянул другу планшет.
– Ну и как, – спросил Миотезоро, забирая планшет, – повидался с прекрасной дамой?
– Слушай, прекрати, а?
– Ой-ой-ой, малыш не в духе?
– Нет, но мне нужна твоя помощь. Представь себе, она говорит, что у нее предчувствие, будто ее дядю убили, и теперь она хочет больше узнать о причине его смерти.
Миотезоро вытаращил глаза и расхохотался:
– Ты опять скажешь, что я хватил через край, но она – настоящая пушка, если ей удалось тебе внушить всю эту паранормальную чушь! Предчувствие! Этого нет, но я это предчувствую… Она что, чары на тебя навела?
Давид пожал плечами:
– Я ни на секунду не поверил, но куда деваться? Она-то в этом убеждена, и надо ей доказать, что она заблуждается. Показать ей отчет о вскрытии. Как думаешь, куда мне обратиться?
– Ты насмотрелся сериалов, старина… Вскрытие просто так, ни с того ни с сего, не проводят!
– Вот как… ну, может, есть какие-то бумаги с подробностями причин смерти… Потому что «остановка сердца» сама по себе еще ни о чем не говорит: у всех умерших остановилось сердце…
– Подробный отчет, конечно, есть. В отделе обслуживания пациентов, корпус два, четвертый этаж, кабинет сто двадцать шесть.
Давид целый день перепроверял свою работу, искал прокол – вдруг закралась досадная ошибка и все его надежды ложны? Домой он вернулся поздно и, засыпая, все думал об апартаменте своей мечты. На следующее утро он пришел на работу первым и снова сел перепроверять.
Когда подошло обеденное время, он глубоко вздохнул. Вроде бы полный порядок, но сомнение не покидало его. А вдруг порядок – всего лишь иллюзия? Может ли он передать свои заключения Рюсселю, или надо еще подождать, пока уверенность не станет стопроцентной? Ему вечно не хватало уверенности, страх ошибиться и опозориться буквально преследовал его. Ему казалось, что он не заслуживает ни успеха, ни признания, ни серьезного отношения к себе.
Полдень. Эрик Рюссель пригласил Давида на обед вместе с несколькими другими коллегами. Интересно зачем? Как правило, босс не баловал своих подчиненных такими нежностями. От него всего можно ожидать…
Давид поразмыслил. Да ладно, может, он просто хочет выиграть время.
– Я, пожалуй, пойду отдам свой отчет Рюсселю, – сказал он Кевину.
Тот оторвался от экрана:
– Ты уверен? Не слишком ли рано?
– Не знаю, но все-таки рискну… Будь что будет, – пожал плечами Давид.
Из-за перегородки выглянула их коллега Александра:
– Обедать-то идете? Эрик уже готов, нас дожидается.
– Я иду, – отозвался Давид, вставая.
Кевин помотал головой:
– Я что-то неважно себя чувствую. Лучше останусь здесь. Извинитесь за меня перед ним.
– О’кей, как хочешь.
– Приятного аппетита.
