Меня его вопрос удивил. Это нормально, когда сын похож на отца. Это нормально, когда говорит его интонациями. Но в этот момент голос Неда и его вид вкупе создали эффект присутствия Керта. Это почувствовал не только я. Ширли и Арки переглянулись.
– О чем ты? – ответил я вопросом на вопрос.
– Роуч ведь читал газету? Судя по тому, что вы рассказали, в этот момент ничего вокруг себя он заметить не мог. Так откуда вы знаете, что этот мужчина не вернулся к «бьюику»?
У меня было двадцать лет, чтобы подумать о том дне и его последствиях. Двадцать лет, но мысль, что водитель вернулся к «бьюику» (может, даже скрытно проскользнул к нему), не приходила в голову. И, насколько мне известно, остальным тоже. Брэд Роуч сказал, что этот парень так и не вернулся, и мы приняли его слова на веру. Почему? Потому что у всех копов встроенные детекторы лжи, и в этом случае ни одна стрелка не заскочила на красное. Даже не дернулась. Да и с какой стати? Брэд Роуч думал, что говорит правду. Но сие не означало, что он действительно ее говорил.
– Полагаю, это возможно, – ответил я.
Нед пожал плечами, как бы говоря: «
– В нашем взводе не было ни Шерлока Холмса, – продолжил я. В моем голосе слышались оправдательные нотки. Я чувствовал, что оправдываюсь, – ни лейтенанта Коломбо. Если уж смотреть правде в глаза, мы всего лишь винтики правоохранительной системы. Парни, которые носят серую форму, с образованием чуть выше среднего. Мы знаем, как пользоваться телефоном и радио, умеем собирать улики, иногда можем высказать догадку. Иной раз кое-кто из нас способен на блестящую догадку. Но «бьюик» – совсем другое дело: ни о каких догадках, блестящих или нет, не могло идти и речи.
– Некоторые думали, что он появился из космоса, – вставил Хадди. – Что он… ну, не знаю, замаскированный робот-разведчик или что-то в этом роде. Они считали, что Энниса похитил инопланетянин, который выдавал себя за человека… в черном пальто и шляпе. Об этом шел разговор на пикнике… в День труда, понимаешь?
– Да, – кивнул Нед.
– Не то чтобы мы серьезно о чем-то толковали, – продолжил Хадди. – Но пили быстрее, чем обычно, и напивались тоже. Никто не буянил, не задирался, даже Джекки О’Хара и Кристиан Содер, за которыми был такой грех. И вообще пикник проходил больно уж спокойно, особенно после того, как закончился футбольный матч.
Я, помнится, сидел на скамье под вязом, вместе с парнями, мы уже все прилично выпили и слушали Брайана Коула. Он рассказывал о летающих тарелках, которые видели около высоковольтных линий в Нью-Гэмпшире, за несколько лет до этого, и о женщине, утверждавшей, что ее похищали пришельцы и вводили ей зонды во все отверстия, какие только есть в человеческом теле.
– И в это верил мой отец? Что его напарника похитили инопланетяне?
– Нет, – ответила Ширли. – В 1988 году случилось нечто такое фантастическое… такое невероятное… такое ужасное…
– Что? – спросил Нед. – Ради Бога, скажите, что?
Вопрос Ширли проигнорировала. Я не уверен, что услышала.
– А через несколько дней я в лоб спросила твоего отца, что он думает по этому поводу, во что верит. Он ответил, не имеет значения.
Нед вытаращился на нее, словно не мог понять значения сказанного:
– Не имеет значения?
– Так он выразился. Он верил: чем бы ни был «бьюик», по большому счету никакой роли это не играло. Для той общей картины, о которой мы говорим. Я спросила его, может, он думает, что кто-то использует «бьюик», чтобы наблюдать за нами… что «бьюик» – замаскированная камера… и он сказал: «Я думаю, его забыли». До сих пор помню, каким ровным, бесстрастным тоном произнес он эти слова, словно говорил… ну, не знаю… о чем-то очень важном вроде королевских сокровищ, закопанных в пустыне до рождения Христова, или о какой-то ерунде вроде почтовой открытки с неправильным адресом, которая так и пылится в отделе доставки. «
Мы все помолчали, задумавшись над этим.
