19‐го мы даем уже сотый спектакль в Австралии. Если брать на круг — по четыре с половиной тысячи зрителей, — то нас уже посмотрело около полумиллиона человек. Это хорошо. Все дни у нас заполнены походами и встречами. Позавчера были в гостях на нашем пароходе «Советск» (из Одессы), а вчера нас пригласил в гости чехословацкий консул. Было очень весело (нас ездило 16 человек), угощали вкусными вещами.
Думаю, что в эту неделю по гостям мы ходить не будем, т. к. неделя будет трудная. Каждый день (кроме пятницы) будет по 2 спектакля, а в субботу — 3. Дело в том, что здесь начались школьные зимние каникулы, и приток зрителей увеличился.
23‐го (в день нашей свадьбы!) мы уезжаем в Брисбен. Едем поездом. Это будет последний город! 12‐го июня там закончим и 16‐го вылетаем.
Ждем этого дня с нетерпением, т. к. уже соскучились по Москве очень. И, кроме того, нужно домой. В последних письмах Маша пишет, что парень наш разболтался и ведет себя неважно в школе.
А самое главное — хотим видеть всех своих. Я очень соскучился по тебе и переживаю, что ты себя чувствуешь очень одинокой. Не скучай. Ведь когда ты получишь это письмо, до нашего приезда уже останется какая-нибудь пара недель. На днях ходили с Танькой в магазин и купили тебе хорошую сумку (черную) и перчатки к ней, как ты мечтала. Материал еще на пальто не присмотрели. Что касается мулине, то, может быть, есть смысл купить дома. Здесь не очень хороший выбор. Но посмотрим…
Сейчас утро. Я сижу в номере за маленьким столиком (согнулся в три погибели) и пишу. Танька сидит перед зеркалом и причесывается. Через 45 минут идет автобус в цирк на первый спектакль.
После первого спектакля мы едем в гостиницу, обедаем и часа полтора отдыхаем.
Проходим мы по-прежнему хорошо. Особенно здорово принимают «Насос» и «Воду», а кроме того, реприза в номере Арнаутовых, когда Мишка летает в номере и с него снимают штаны.
Медведь, который болел, снова вышел на манеж, и трюки с велосипедом и мотоциклом пошли опять.
Вот и все новости.
Большой привет всем соседям, а особенно Борису. Его письмо я получил и все приветы передал.
Крепко тебя целую и обнимаю, родную мою.
Танька целует.
Крепко целую и обнимаю. Спасибо за частые письма.
Дорогая мамочка!
Пишу коротенькое письмо, которое посылаем с нашим другом, Рудольфом Куркиным. Его срочно вызвали в Москву, и мы поспешно пишем небольшие письма.
Возможно, он отправит письмо по почте, а возможно, завезет Маше, и ты получишь письмо от нее. Маше я написал и теперь пишу отдельно тебе. Танька спит как убитая, т. к. мы пришли только что из гостей (были в гостях у наших посольских, приехавших в Сидней).
Завтра утром (вернее, сегодня) поеду провожать Рудольфа и передам ему письма.
Танька писать не в силах, и поэтому я отдуваюсь за всю семью.
Живем мы хорошо и дружно. Хотели 23‐го устроить небольшой вечер по случаю 15‐тилетия нашей совместной жизни, но это нам не удается. Дело в том, что в этот день мы уезжаем в 5 вечера. Может быть, в поезде можно будет чуть-чуть отметить этот день. Для этого случая мы всю поездку храним бутылку армянского коньяка, захваченного с собой из Москвы.
Третьего дня послали вам письма, и они, наверное, придут после этого письма, т. к. Рудольф будет в Москве, самое позднее, в понедельник.
Мамочка! Ты пишешь про нитки, которые у тебя кончились при вышивании, но не написала, какие цвета тебе нужны. Напиши нам в Брисбен. Возможно, мы успеем купить их.
Получили письмо от Грина Леви. Очень теплое и приятное. Дочка его, Вера, тоже написала отдельное письмо. А вчера получили письмо от Илюши Гутмана. Тоже очень большое и подробное. Он сдал итальянскую картину (успешно) и сейчас отдыхает в Болшеве.
Мамочка! В последнем письме ты волнуешься, что мы не получаем твои письма.
Все твои письма (без исключения) мы получили и в курсе всех твоих дел. И адрес я получил, хотя и не пытался писать туда. (Это далеко от нашего местонахождения. И вообще не захотел).
Здесь уже давно официально зима. Днем тепло, а вечером бывает очень прохладно. Наша теплая одежда из Москвы нас здорово выручает.
Беспокоюсь за Милу. В последнем письме ты ничего не писала, как там у них.
Вот, вроде, и все наши новости.
Крепко-крепко целуем тебя. Спасибо за частые и подробные письма.
Мишка шлет привет (просил «непременно написать»).
Еще раз обнимаю.
Привет большой соседям.
Дорогая мамочка!
Вот мы и прибыли в последний город наших австралийских гастролей. В Сиднее последний день был бурным. С утра поехали на прием в Русский общественный клуб. Там нам был задан обед с борщом, пельменями и прочими закусками и питьем. Очень радушно нас принимали.
Говорили русские речи, фотографировались. В заключение показали фильм «Пес Барбос…», перед началом которого меня заставили выступить и сказать несколько слов.
