Вот пока и все наши новости.
Крепко целуем и обнимаем.
Мишка шлет привет. У него опять большой перерыв писем от Зины. Танька просит поцеловать тебя и вместе со мной шлет приветы соседям. Еще раз и еще, обнимаю и поздравляю с праздником!
Дорогая моя мамочка!
Вот и ноябрь наступил уже и скоро праздники. Праздники мы встречаем в Филадельфии. Шестого ноября, в день премьеры, мы соберемся и устроим общий ужин. Будем говорить всякие праздничные тосты, а также будем пить за всех вас, кто нас ждет дома.
Позавчера мы приехали в Хершей (как называют его американцы Хе
<Приписка сбоку>
А конверт использовали канадский, т. к. местного под рукой не оказалось.
<…> Живем мы в тихой 4‐х этажной гостинице. После небоскребов, в которых мы жили до этого, нам все это кажется деревней, и мы наслаждаемся тишиной. Жаль, что через три дня придется уезжать отсюда.
Питаемся прямо в гостинице. Здесь чудесная столовая самообслуживания. Кормят разнообразно и вкусно. И вполне недорого.
Сегодня нас всех повели на экскурсию. Смотрели шоколадную фабрику. Фабрика отличная, оборудованная по последнему слову техники. Люди только стоят и что-то там подправляют, а все делают машины. Очень было интересно. На память об этом посещении купили в конторе фабрики коробку шоколада, которую надеемся сохранить до Москвы.
Погода стоит не холодная. В меру тепло, и все время светит солнышко. Зато деревья все стоят пожелтевшие и покрасневшие, и листья шуршат под ногами.
В воскресенье 5‐го утром выезжаем в Филадельфию, где и начнем в понедельник вечером. Из Хершея больше писать не будем, а в Филадельфии сразу же после премьеры напишем все.
Вместе с этим письмом посылаю поздравительное письмо Карандашу. Я думаю, что ему будет приятно получить от нас письмо. Вот пока и все новости.
Еще раз поздравляем тебя с праздником 50‐тилетия Октября, а также всех твоих друзей и знакомых.
Танька заканчивает письмо маме и просит тебя поцеловать.
Вчера получил письмо от Миши Татарского (помнишь, мы были с ним у тебя перед отъездом?). Он пишет, что в декабре думает быть в Москве и хочет заехать к тебе.
Кончаю. Крепко целую тебя и обнимаю.
Дорогая моя мамочка!
Уже ночь. Засыпает Филадельфия, а сын твой сидит на десятом этаже коробочки, которая изображена в углу листа, и пишет письма. Танька легла спать (уморилась), а я посмотрел немного телевизор и решил сегодня написать письма. По плану должны были писать вчера, но не удалось. Итак, праздники позади. У нас праздник был по существу седьмого после спектакля. Мы все собрались в цирке, поставили столы и устроили ужин. Было довольно весело, играла музыка. Среди нас было и человек пятнадцать приглашенных американцев из работников, обслуживающих нас. Домой приехали в третьем часу. Я пишу «приехали», т. к. в Филадельфии, в первом городе, где цирк далеко от гостиницы. Нам приходится ездить на спектакль спец. автобусом.
Город большой, многолюдный. Дела в цирке весьма приличные. Каждый день народу все больше и больше. Пробудем здесь до воскресенья, а в понедельник уже летим в Кливленд, где начнем только в среду. Уже прохладно на улице (особенно когда дует ветер). Мы уже подумываем о теплой одежде. Надо готовиться к январю (мы приедем в Канаду в самые морозы). Оденемся потеплее, и нам не будут страшны здешние холода.
Сегодня звонил в наше посольство, в Вашингтон. Говорил с одним из наших новых знакомых (Володей). Он сообщил, что в субботу к нам приедут человек восемь наших на спектакль (здесь езды на машине от Вашингтона часа три, не больше).
