Третья часть книги о жизни Ивана Лудильщикова.1904 год. Русско-японская война, идущая совсем не так, как в нашем мире. Впрочем, данная книга не столько о войне, сколько о жизни. Жизни честолюбивого молодого мага в условиях, сформированных вот уже более шести десятков лет тому назад с приходом в этот мир Системы.Примечания автора:Развитие ГГ предполагается законами выбранного жанра, плюшки на ГГ будут сыпаться авторским произволом. Единственное, что могу пообещать, так это то, что постараюсь не вываливать плюшки самосвалами и уж точно хоть мало мальски логически их обосновывать.
— Господин поручик, скоро ваша станция. — Заглянул в купе, где расположился Лудильщиков со своим другом, заботливый и услужливый проводник. — Через пять минут уже в Сарапуле будем.
— Спасибо, любезный. — Слова обращения вышестоящего к находящемуся на ступенях иерархической лестницы много ниже сорвались с губ легко и привычно. Не чета тому, что было всего три года назад, когда проводник в своем форменном сюртуке казался Ване Лудильщикову, в первый раз отправляющемуся покорять большой мир, таким степенным и важным.
— Ну, прощевай покедова! — Изо всех сил пытаясь имитировать простонародный говор, через пять минут попрощался с Лудильщиковым Василий. Получалось так себе, постоянно сбивался на правильную, литературную речь. — Свидимся еще. Главное, писать письма не забывай. И ты это, подумай над моим предложением, когда через два года выходить в отставку будешь. У нас на Алтае целители — очень востребованная специальность. И разбогатеть сможешь быстро, и всяких новых ухваток и ритуалов от шаманов наберешься. У нас есть много всего, о чем в других местах и не подозревают.
— И ты, Вася, не поминай лихом. В часть приеду, обязательно напишу. И насчет предложения обязательно подумаю. Время же еще есть.
Паровоз, немилосердно дымя трубой, потащил свой состав дальше на восток, а Иван Лудильщиков, подхватив в руки свою поклажу, бодро зашагал в сторону дома своих родителей.
Какое все вокруг родное и знакомое, и какое все маленькое, как по своим физическим размерам, так и по значению. Совершенно не соответствует нынешним устремлениям молодого мага. Будет теперь Иван в Сарапул приезжать только чтобы родных проведать, да еще чтобы легкую ностальгию испытать по безвозвратно ушедшему детству.
— Здравствуй, мама! — Обнял он самую родную женщину, вышедшую открыть калитку на стук с улицы.
Неожиданностью его приезд не стал, Иван загодя отправил письмо родителям, где информировал о случившейся с ним оказии с неожиданным отпуском. Ждали его все.
Первым успел поприветствовать старшего брата Степка. Он работал поблизости, в огороде.
— Привез? Не погибли? Показывай скорее! — Напрочь потеряв большими трудами вырабатываемую степенность, зачастил он. Еще бы, Иван еще на пути в столицу, проезжая через Сарапул, письмо родным отправил, в котором среди прочего, сообщил, что везет с собой в чемодане несколько необычных для средней полосы саженцев.
— Вроде, листики живые еще. — С некоторым сомнением доложил Иван ситуацию и принялся извлекать первый подарок: мешочки с землей, из которых торчали тоненькие веточки актинидии, лимонника и жимолости. — Я их ежедневно по чуть-чуть алхимией поливал.
Пока рыли лунки и сажали привезенное, во двор вышла Ксюшка. Она пискнула от неожиданности и, напрочь позабыв про то, зачем выходила, поспешила к брату. Только на подходе замешкалась: на шею кидаться, так Ваня делом занят, растения сажать помогает, а как еще выразить свои восторженные эмоции, не сразу то и соображается.
Растения посажены и даже заклинанием роста растений обработаны. Иван отмыл руки от земли в бочке с дождевой водой и пошел в дом.
— А где те сладости, о которых ты писал? — Не утерпела младшая сестренка. Она для себя коллекционировала необычные сладости, которые пробовала в своей жизни. Замечательное себе хобби придумала. И родным такое увлечение удобно, не надо изобретать, что дарить на очередной праздник.
— Привез, но немного. Большинство сладостей, что китайцы продают, хранятся очень недолго. А так, вот! — И брат принялся выгружать из мешочка китайские кулинарные поделки в виде посыпанных сахаром кусочков слоеного теста, зажаренного в арахисовом масле, засахаренных экзотических фруктов, орехов и прочих изысков, что смогли выдержать долгую дорогу.
— А у нас тоже новость есть! — Не смогла удержаться сестренка. — Наша Дуняша замуж собралась!
— Ксюшка! Я хотела сама об этом сказать. — Дуняшка гневно посмотрела на свою младшую сестру. Но быстро смягчилась под градом вопросов, заданных заинтересованным старшим братом.
— У него своя швейная фабрика имеется! И он пообещал наладить там выпуск разработанных мной моделей. — Открыла сестра главный секрет притягательности жениха. — А еще он очень степенный и обстоятельный.
— А красивый хоть? Сколько ему лет? И да, ты же так и не сказала, как зовут твоего счастливца. — Иван с интересом расспрашивал, а Евдокия, смущаясь и краснея, отвечала на все заданные вопросы.
Ну, что же, тридцатилетнего красавца, всего добившегося своими руками и головой, пожалуй, и Иван готов был одобрить. Жаль, на свадьбе их погулять уже не получалось. Отпуск раньше заканчивается. И перенести свадьбу на более ранний срок не получится. Жених родом издалека. Родители и прочие родственники его в Сарапул только через полтора месяца приехать смогут. Какие-то у них там свои заморочки с этим делом. Ну, тогда придется отдельно посидеть с Дуняшкиным избранником, выпить, познакомиться.
