Маленькая чумазая бродяжка при виде трёх клоунов, выпрыгнувших из кузова прямо перед ней, не проявила даже намёка на испуг или недоверие. При виде их шутовских гримас и ужимок, с которыми они начали своё представление перед единственным зрителем не более десяти лет от роду, она почти сразу заулыбалась, а ещё через пять минут уже от души смеялась и, взяв их за руки, закружилась с ними в хороводе. Три клоуна были мастерами своего дела. Они ловко надували воздушные шары, превращая их в игрушечных животных, потешно издевались друг над другом, делая подножки, влепляя оплеухи, толкаясь и падая. По ходу разученной пьесы они показывали множество нехитрых фокусов, от которых наивная девочка приходила в сумасшедший восторг.
Поспешно закончив представление, все трое раскланялись и один из них, с огненно-рыжей шевелюрой жалобно спросил:
– А теперь не угодно ли будет нашему замечательному зрителю бросить нам монетку?
В ответ девочка мгновенно изменилась в лице, потупив взгляд, и всхлипнула.
– У меня ничего нет, – сказала она. – Честно, ничего. Простите меня, уважаемые клоуны.
Рыжий переглянулся с долговязым партнёром, одетым в несуразный белый балахон, с длинным колпаком на голове и лицом, также выкрашенным в белый цвет. Тот ответил ему невыразительным взглядом, слегка пожав плечами, словно говоря: «Ну что с неё взять?»
Третий, одетый вообще непонятно во что, в идиотском сиреневом берете, с фиолетовым носом и нарисованными веснушками, долго с грустью смотрел на девчушку с тощим рюкзачком за спиной и сжимавшую в ручонках разодранного будто после нападения зомби, плюшевого медвежонка, пока наконец не произнёс:
– Как его зовут? Миша?
Девочка мотнула головой, не поднимая глаз.
– Тедди?
– Нет.
– Может быть, Арни?
Девчушка улыбнулась и ответила:
– Зубастый.
– Странное имя, – заметил клоун в берете, многозначительно взглянув на своих спутников, и со вздохом добавил:
– Хорошо. А тебя как зовут?
– Лика, – тихо ответила девочка, осмелившись наконец поднять глаза на клоунов.
– Поедешь с нами? На дороге одной опасно.
– А куда вы едете? – спросила девочка.
– Расскажем, если согласишься.
Разумеется, иных вариантов быть не могло, и малышка, очевидно, измотанная долгим путешествием под палящим солнцем, не стала себя долго упрашивать.
– Кинский, заводи мотор! – крикнул Рыжий за перегородку в кузове и с силой стукнул по ней кулаком, словно это должно было каким-то образом стимулировать водителя.
Машина, издав рёв усталого загнанного зверя, кашлянула, заскрипела и тронулась дальше по степной дороге, понемногу набирая скорость.
Девочка забралась в свободный угол и притихла, прижав к себе медвежонка. Пассажиры грузовика также расселись по свободным углам и некоторое время с интересом глазели на неё.
– Так куда вы едете, уважаемые клоуны? – повторила свой вопрос Лика.
– В Изумрудный город, – подал голос Белый, но Рыжий тут же сердито махнул ему рукой.
Девчушка, хитро прищурившись, сказала:
– Я не верю в сказки. Волшебство закончилось, когда… мои мама и папа…
– Не продолжай, – нахмурившись, прервал её Рыжий. – Всё понятно.
Но девочка не послушала и закончила:
– Они вступили в армию Тьмы.
– Скажи, а ты действительно не веришь в сказки? – поспешно спросил Рыжий. – Ни капельки, ну хоть чуть-чуть?
– Нет, ведь мы уже давно живём в сказке, – ответила маленькая путешественница чрезвычайно серьёзным тоном, – только в страшной. Ну, как в сказке про Снежную Королеву или Белоснежку. И верить в неё уже не требуется, всё сбылось. Вокруг ходят чудовища, и с ними борются странствующие рыцари… вроде вас.
– Не награждай нас чужими титулами, – ответил Рыжий. – Мы – шуты. Наш бродячий цирк сгорел, а мы остались.
Лика грустно улыбнулась, на минуту уделив внимание своей плюшевой игрушке. Она прошептала медвежонку несколько слов, которые никто из клоунов не расслышал, будто тот как никто другой сейчас нуждался в её утешении. Тем не менее, все присутствующие взрослые поняли, насколько важна сейчас для малышки эта забота о её плюшевом спутнике.
Затем Лика снова обратилась к мужчинам в клоунских нарядах:
– Значит, у вас был цирк?
– О да, был, бродячий Шапито, слышала о таком? – спросил Рыжий. – Мы разбивали наш шатёр возле деревень и городов и показывали ребятишкам представления. Это было не так, как ты сегодня видела. Всё было намного красивее и веселее. Но месяц назад на цирк напала орда зомбаков, начался пожар и всё сгорело. Почти все были инфицированы… ты же знаешь, как это происходит? Ты уже взрослая и умная девочка.
Лика кивнула.
– Каким-то чудом из этой адской передряги выбрались лишь мы втроём, да ещё Кинский, наш водитель.
– А как вас зовут?
– Зови нас просто, как звали все ребята, так же, как о нас писали на афишах: Рыжий, Белый и Раздолбай.
Девочка внимательно оглядела всех троих. Белый молча и безучастно смотрел на неё, напоминая мраморную статую, на которую надели простыню, а клоун в сиреневом берете вежливо, хоть и немного наигранно поклонился.
– Вы едете в город? – спросила Лика.
Рыжий посмотрел на Белого, и тот с какой-то издёвкой сурово изрёк:
– Ну, скажи ей правду, она ведь уже почти взрослая.
