— По всем признакам выходит, что я допью кофе и пойду работать, — вздохнул Гена. — А тебе велено под Марию переходить. Со мной, конечно, веселее работать, но, как говорится, с начальством не поспоришь!
— Это точно.
Я налила чай и прямо со стаканом в руке прошла в кабинет Специального отдела.
Мария и Муса Ахмедович как будто и не уходили. Мария улыбнулась мне, а Муса, поздоровавшись, сказал:
— Татьяна, униформа в отделе обязательна!
Я машинально кивнула и отхлебнула чай.
— Ну и? — нахмурился Муса. — Переодевайся и начнем.
— В комбинезон?
— И в футболку, — напомнил Муса и повернулся к Марии: — Просила мастера-наладчика? Вот и получай теперь. Сама будешь ее всему обучать.
— С удовольствием, — оживилась Мария.
Синий комбинезон, тяжелый, жесткий, с боковой застежкой на пуговицах, был ужасно неудобный.
— И вообще-то это полукомбинезон. Черт, да он на гигантов шился, что ли? Какой рост и вес я должна иметь, чтобы он стал мне впору? — проворчала я, подворачивая штанины. — А футболка — полиэстерная тряпка. Еще и кривая.
Я подтянула лямки, хмыкнув, с сомнением осмотрела себя в зеркале: худощавая фигура совсем потерялась в сидящей мешком одежде.
«Лазурная футболка вопиет», — подумала я и с огорчением признала, что цвет спецодежды не подошел моей смуглой коже и почти черным глазам. Горевать было некогда и я направилась в кабинет. По пути мне встретился только Гена с пачкой рекламных газет в руках. Он долго смеялся над моей униформой и сказал, что я похожа на похудевшего миньона.
— Другое дело, — одобрил Муса, когда я вошла в кабинет, — теперь пошли.
Он встал со стула, и я вдруг поняла, что форма велика не только мне: халат Мусы явно для него широковат, да и жилет Марии мог бы быть на пару размеров меньше.
Муса подошел к стене, за которой находился колбасный магазин, и толкнул еле заметную дверь без ручки.
— А это законно? — крикнула я ему в спину. Мария фыркнула и двинулась вслед за ним, махнув мне рукой.
Перешагнув порог, я на мгновение погрузилась в тишину и темноту, и тут же яркий свет ударил прямо в глаза. Пахло воском, немного пылью, металлом и кофе.
Я оказалась в светлом помещении с высокими потолками. Под потолком на толстых цепях висели бронзовые люстры, каждая метра полтора в диаметре.
— А где магазин? — спросила я, растерянно озираясь по сторонам.
Еще сильнее меня интересовало, откуда такое огромное помещение взялось в панельной пятиэтажке.
— Магазин там, где ему следует быть, — ответил Муса спокойно, словно ничего странного не произошло. — Не волнуйся, колбаса с прилавка не сбежала.
— Сколько света…
— Светодиоды, — коротко пояснил Муса и похвастался: — Экономично и современно. В прошлом году поставили. Еле протащили в бюджет отдела! Но не будем об этом, наши бюрократические трудности — тема для отдельной беседы.
— А я помню, как ты рассказывал про свечи в люстре, — вспомнила Мария.
— Свечи были до меня, а вот керосинки я застал!
Я в восторге вертела головой, стремясь рассмотреть все сразу. Посреди комнаты стоял стол для совещаний, заваленный чертежами и бумагами. А за ним, прямо в стене, виднелись крепостные ворота. Самые настоящие. Толстые, пропитанные каким-то маслом доски были тщательно подогнаны друг к другу, кованые петли и калитка на одной из створок дополняли необычную картину.
— Это База, — пояснил Муса и указал на ворота: — Там рабочие кабинеты, мастерские и конюшня Специального отдела.
— Точнее стойла или зверинец, но мы как-то привыкли называть их конюшней, — добавила Мария. Она подошла к столу и принялась деловито заполнять какой-то документ.
Я ничего не поняла.
«Это сон, — уверенно сказал внутренний Геннадий. — Не может же все происходящее быть правдой?»
Я мысленно шикнула на этого зануду и спросила:
— Мы в Казани?
— Нет, — ответил Муса, — это Шанлу.
— Шанлу? — переспросила я, сердце заколотилось, в ушах слегка зазвенело. — Это город?
— Мир. Другой мир, — уточнил Муса. — Не Земля.
— И зачем мы тут?
— Работаем. Мы же почтальоны. Ну, кроме тебя.
— А я кто? — растерялась я.
— Мастер-наладчик.
— Нет. Я экономист, даже не инженер, специалист по таблицам, а не по механизмам!
— Как голова? — неожиданно спросила Мария. — Может, тебе присесть?
Я послушно опустилась на стул.
— Голова не болит.
— Отлично! Нейронные связи почти сформировались!
Мария улыбнулась и похлопала меня по спине.
— Вот, — Муса протянул мне кожаный браслет с нанизанной на него одинокой бусиной из серого, как будто пыльного, камня, — надень.
Я с подозрением уставилась на браслет:
— Что это?
— Адаптатор. Поможет тебе ускоренно воспринимать информацию. Можно, конечно, подстегнуть мозг химией, но вряд ли ты согласишься. Да и я против такого воздействия.
Я молча нацепила ремешок на руку. Гром не грянул, все вокруг осталось прежним. Я немного успокоилась.
И тут кое-что бросилось мне в глаза. Как я раньше не заметила? Наша одежда изменилась: на Мусе был кожаный плащ, а на Марии — удлиненный жилет с высоким воротником.
