— Вот так встреча! — наконец сказала она.
— Вы знаете этого человека? — спросил командир.
— Это рядовой РОА Рогожин.
— Рогожин? — майор посмотрел на Андрея. — Но вы представились другим именем.
— Имя сейчас не имеет значения, товарищ командир. Я назвал чужое. Но что это меняет? Я рядовой РОА и я перешел на вашу сторону.
— Он? — она посмотрела на майора. — Он перебежал к вам?
— Да. И принес важную информацию.
— Странно. И что он сказал?
— Что для нас приготовили теплую встречу.
— Встречу? Но это мы приготовили встречу для предателей.
— Оказалось, что нет.
— Погодите, майор. Прикажите его увести. Мне нужно поговорить с вами.
— Хорошо! Увести пленного. Запреть в погребе!
Андрея увели…
***
Рогожин сидел в старом погребе один уже около часа. Он до сих пор не мог прийти в себя! Ирина! Она с красными! Её внедрили в школу РОА специально. А значит, она не была предателем…
***
Двери отворились, и к нему вошла она, держа в руке керосиновую лампу.
— Вы может идти, солдат, — сказала она сопровождавшему.
— Но вы не …
— Мне ничего не угрожает. Свободны, рядовой.
— Есть!
По каменой лестнице она опустилась вниз.
— Еще раз здравствуй, Андрей.
Ирина поставила лампу на пол.
— Здравствуй, Ира.
— Никак не ожидала тебя увидеть здесь.
— И я не ожидал. Ты перешла к нашим?
— Андрей. Ты ведь совсем не дурак и понял, что я никогда не уходила от наших. Это ты предал своих. И я хочу, чтобы ты рассказал мне, что тебе нужно здесь.
— Ты ведь знаешь человека по имени Иван Артурович Нольман? — спросил он.
— Что ты сказал?
Андрей повторил.
— Откуда тебе известно это имя?
— Я не знаю, имею ли я право тебе про это говорить, Ирина.
— Говори. Сейчас это важно для тебя, Андрей.
— Старший майор Нольман тот человек, который помог мне оказаться на фронте и в плену у немцев.
— Не поняла тебя? Ты агент Нольмана?
— Можно сказать и так. Но пока это ни в чём не проявилось.
— Что это значит?
— Я получил задание внедриться.
— Внедриться? Куда?
— Нольман рассчитывал, что я попаду в Дабендорф. Так и случилось.
— Но как ты попал на фронт?
— Отправлен рядовым в стрелковый полк. И в первом же бою попал в плен к немцам.
— Это Нольман устроил?
— Да. Но я признаюсь тебе. Совершенно не понял, как он это сделал. Мне показалось, что все было естественно.
— Так и должно быть, Андрей. Дальше.
— Я попал в лагерь для военнопленных и там согласился служить в РОА. Меня направили в Дабендорф. И до сих пор с нашей стороны никто не пытался связаться со мной.
— Но я ничего не знаю о тебе, Андрей. И это странно!
— Когда я видел Нольмана, он сказал, что группа в Дабендорфе арестована гестапо. Ты их этой группы?
— Да. Но мне удалось избежать ареста, Андрей. Помнишь о нашей встрече в военной школе?
— Еще бы.
— Ты ни словом тогда об этом не обмолвился.
— У меня не было полномочий, Ира. Нольман не дал мне твоих контактов. Он наверняка тогда не знал, что ты не арестована.
— Возможно ты прав. Но я уже наладила связь с Москвой. Почему же Нольман мне ничего не предал относительно тебя?
Андрей пожал плечами.
— Я сомневаюсь в твоих словах, Андрей. Прости. Мне нужно все проверить.
— Кто ты, Ирина? На этот вопрос можешь ответить?
— Я офицер нашей разведки. Это все, что я могу тебе сказать.
— Так ты знаешь Нольмана лично?
— Старший майор госбезопасности Нольман заместитель начальника 2-го отдела НКГБ, Я через партизан запрошу связи с центром и все выясню.
— Очень бы хотелось, Ирина. Мне нужно знать, что делать дальше.
— Расскажи мне все.
— Что все?
— О том, что ты здесь делаешь?
— Я здесь со своим взводом.
— Из 2-го гренадерского полка? — спросила она.
— Да.
— И поему вы здесь?
— Нами руководит барон фон Дитмар.
— Дитмар?
— Майор из СД.
— Тот, что был в Дабендорфе с проверкой?
— Он самый. Майор забрал нас с фронта. Меня и других курсантов из Дабендорфа. Здесь мы выполняем его задание.
— Какое? — спросила она.
Андрей рассказал всё, что знал.
— Это все?
— Все, что известно мне. Но нам нужно решить, что делать сейчас, Ира.
Она немного помолчала. Если Рогожин стал частью плана майора фон Дитмара из СД, то вмешиваться сейчас в игру было рано. В любом случае решение нужно принимать Нольману.
****
Над ними послышался взрыв. Андрей понял по звуку — граната немецкого производства. Затем еще и еще один взрыв.
— Что это? — спросила она.
— Наши идут.
— Ваши?
— Сюда идет капитан Артюхин.
Началась беспорядочная пальба. Рядом с ними работал пулемет. Но снова раздался взрыв, и он замолчал.
— Что это? — растерянно спросила она.
— Я же сказал тебе. Капитан Артюхин с нашими идет сюда. Но ты мне не сказала, что это за люди здесь.
— Это солдаты регулярной Красной армии!
Наверху снова затрещали выстрелы и послышались крики.
— Не советую тебе покидать подвала, Ирина. Скоро здесь будут наши, и не стоит тебе попадать в их руки.
— Что ты хочешь сказать?
— Сиди здесь. Не высовывайся.
— Неужели они перебьют наш отряд?
— Большая часть уйдет.
— Уверен?
— Наши перекрыли не все выходы, как думает наш капитан Артюхин. Большинство уйдет, если знает местность.
— Но часть десанта погибнет?
— Да. Жертвы будут.
— Как их спасти?
— Никак!
— Андрей!
