— Выходи, партизан! Обед накрыт в гостиной, кроме тебя и меня, здесь никого нет, — заглядывая в комнату сказал я и направился в ванную комнату помыть руки. От увиденной там картины, в виде развешанных трусиков и бюстгальтера, меня прошибло в пот, и все органы обозначили свое существование. И вот как, скажите, держать себя в руках! Она специально хочет свести меня с ума, расхаживая передо мной в одном банном халате на голое тело! О какой, на хрен еде, я сейчас могу думать, когда меня мучает голод другого свойства! Ну Лена, я тебе еще отомщу за это! А пока надо взять себя в руки и не испортить все.
— Я не знаю, что ты любишь, заказал всего понемногу. Рыба, мясо, курица? Какое твое любимое блюдо? — поинтересовался я, присаживаясь за стол. Лена уже заняла одно из мест.
— Больше люблю курицу и рыбу, но ем и остальное мясо. В принципе, я не привередлива, но вкусные блюда люблю. Мне нравится пробовать все новое, но есть то, что я никогда не буду есть. Как-то каламбурно сказала! — улыбнулась она. — Но сейчас я не голодна, только недавно позавтракала, — смущенно произнесла она.
— Хоть салатик попробуй, а то мне неудобно есть одному, а я голодный как волк! — попросил я.
— Хорошо, салатик попробую, — согласилась она. — Все ли готово к вечернему мероприятию?
— В целом — да. Надеюсь, все пройдет хорошо. Жаль, что ты сегодня работаешь, думаю, тебе интересно было бы поприсутствовать, — произношу я.
— А я, наоборот, рада, что сегодня дежурю на ресепшен. Последнее время со мной случаются разные казусы, когда я надеваю высокий каблук. Вдруг, ненароком, на кого-нибудь налечу, праздник людям испорчу.
— Да, я помню то столкновение в отеле! Ты тогда мне так на ногу наступила своими каблучками, что я долго потом хранил в памяти это нелепое происшествие, — усмехаюсь я. — В тот день все шло не так, и ты как вишенка на торте, была пиком невезения. Но сейчас, вспоминая твое лицо, мне хочется улыбнуться. Не могу забыть твои огромные испуганные глаза, ты была похожа на нашкодившего ребенка, пойманного на месте преступления. Прости меня за то, как я рычал на тебя, просто все свалилось комом. А когда ты оказалась еще и в отеле, я подумал, что ты не просто так появилась в моем окружении, принял тебя за корреспондентку желтой прессы. И опять нарычал. Так я проявил не очень приятную сторону своего характера. Вроде во всем покаялся, надеюсь теперь ты позволишь мне показать и положительную сторону.
— Ну уж не знаю… — загадочно ответила она. — Ладно, договорились же все забыть. Я тоже тогда о тебе не очень лестно подумала, но каяться в своих мыслях не буду.
— Мир? — произнес я.
— Мир, — поддержала она.
— Еще один вопрос можно? Какое отношение ты имеешь к Прохорову? Он представил тебя своей дальней родственницей, когда просил устроить ко мне.
— Валерий Леонидович — отец моей близкой подруги. Это ее инициатива была устроить меня на новое место, она за моей спиной договорилась с отцом. Отказать было уже не удобно, вот так я оказалась здесь, — развела она руками.
— Дина твоя подруга? — удивился я.
— Да, а вы что знакомы?
— Встречались пару раз на разных мероприятиях, — ответил я. — И не смотри так на меня, близко с ней я не знаком. Странно, вы с ней совсем не похожи!
— Что тут странного, и непохожие люди могут дружить. Это с виду Динка такая непредсказуемая, на самом деле — это хороший и верный друг!
— Не спорю, — соглашаюсь я. — У меня еще есть пару часов, чем займемся?
— Не знаю… На улицу мне нельзя, — грустно произносит она. — А что делать дома ума не приложу. В обычной жизни я мало времени провожу в квартире, прихожу только поспать.
— А я вот не прочь полежать, может поспим? — произношу я и хитро улыбаюсь. — Все! Все! Убирай свои колючки, я пошутил!
У Лены был такой забавный вид, одно из двух, или опять сбежит, или стукнет меня чем-то по голове. Немного ее задирать мне доставляет удовольствие, она заводится от маленькой мелочи. А мне нравится провоцировать ее. В такой момент хочется подхватить ее на руки и целовать так, чтобы ее запал перерос в страсть.
Вот и сейчас, отодвинув стул, я подхватил ее на руки и направился со своей бесценной ношей на диван. Усадив к себе на колени, быстро поцеловал ее в губы.
— Посиди так со мной, постараюсь руки не распускать, — проговорил я, уткнувшись носом ей в макушку. Так хорошо мне было в эту минуту. Откинувшись на спинку дивана, я поудобней устроил Лену у себя на коленях. И несколько минут мы сидели в тишине, я кайфовал от ее присутствия, пропуская через пальцы ее длинные волосы. От моих движений девушка расслабилась. — Если тебе не понравится, останови меня, — прошептал я на ушко Лене.
