– Да вроде тут всё просто: стоять рядом с фонарём и не отходить за пределы освещаемого пространства. По крайней мере, Юрий Петрович так сказал, – Денис немного смутился. Он делал одолжение, бесплатно согласился ночью торчать тут под фонарём, но ни на лице, ни в словах Валеры Денис не мог считать ни намёка на благодарность.
– Иногда простейшие по форме вещи и действия чрезвычайно важны по своей сути. И наоборот, бывают сложные операции и многоплановые мероприятия, которые на поверку оказываются бессмысленными и бесполезными.
Денис смутился еще больше. К чему этот Пафос? Попросили просто постоять под фонарём, максимум час. Зачем устраивать из этого смену почётного караула? Непонятно. Но виду Денис не подал.
– Ладно, я понял, – спокойно казал он, – стою тут, пока ты не вернёшься, никуда не отхожу. Договаривались максимум на час.
– Либо я не вернусь, либо кто-то из наших, но Юрий Петрович тебе, если что, сообщит, – поправил Валера.
– Да понял я, давай иди уже. Быстрее уйдёшь, быстрее вернёшься, – ответил Денис, не желая мириться с ролью подчинённого или младшего по званию.
Валера пристально посмотрел на Дениса, но, ничего не добавив, просто развернулся и быстрым шагом начал удаляться в темноту.
Денис остался под фонарём один. Двор, в котором он стоял, был тихим и безлюдным, но из-за угла, со стороны дороги доносился гул машин. В соседнем дворе гавкала собака. В некоторых окнах всё ещё горел жёлтый ламповый свет, а где-то мелькал синий свет телевизора. Ночь была летняя и тёплая. Денис прислонился спиной к фонарю и начал вглядываться в окна, по крайней мере, в те, в которых можно было что-то увидеть. Вроде обычная панелька, а какие разные в ней могут быть квартиры. Где-то дорогой евроремонт с белыми стенами, натяжными потолками, большим плоским телевизором на стене и кондиционером. В точно такой же квартире, но на другом этаже, на стене висит ковёр, на подоконнике стоят фикусы, а стена увешана чёрно-белыми фотографиями. В окнах Денис видел людей, таких же разных, как и сами квартиры. Люди в этих квартирах прямо сейчас проживают самые разные жизненные ситуации. Кто-то готовится к самому важному в жизни собеседованию, кому-то только что сообщили о смерти отца, кого-то позвали замуж, кто-то проводит вечер перед телевизором, так же, как и тысячи других вечеров до этого. А совсем рядом, во дворе дома под фонарём стоит человек, чтобы этот фонарь продолжал гореть.
– Да не придёт она, зря надеешься, – раздался сиплый голос у Дениса за спиной.
Денис вздрогнул: он не слышал, как кто-то сзади к нему подошёл. Он резко обернулся и увидел невысокого мужичка неопределённого возраста, который стоял теперь перед Денисом и ехидно улыбался. Мужичок был небритый и морщинистый. Глубоко посаженые глаза щурились от света фонаря.
– Кто не придёт? – не понял Денис.
– Понятно кто. Баба твоя, – заявил мужичок. – Ты ж не просто так тут стоишь. Плавали-знаем. Пока ты тут стоишь и ждёшь как дурак, она давно с другим кувыркается.
– Слушай, мужик, куда ты там плавал? Ты чё несёшь? Иди куда шёл! – у Дениса не было никакого желания ввязываться в этот разговор.
– Тише-тише, пацан, ты чё злой такой? Я ж тебя наоборот утешить хотел. Иду и вижу: стоит горемыка, один под фонарём стоит, ждёт свою, наверное, а она ведь не придёт. Час ночи почти. Я знаю. Я пол жизни в кассе кинотеатра проработал, знаешь, сколько я таких ожидальщиков как ты видел? Уже пол фильма прошло, а они стоят у кассы и чего-то ждут. И ты также стоишь. Только не придёт она.
Только теперь Денис заметил, что мужичок был пьян.
– Мужик, не надо меня утешать. Я никого не жду. Тебе чего надо? Мелочь на бухло? Так час ночи, не продают уже.
– Э, брат, обижаешь, – мужичок распахнул куртку, и во внутреннем кармане сверкнула бутылка.
– Так чё тебе надо тогда?
– Курево кончилось, – пожаловался мужичок. – Не угостишь сигаретой?
– Не курю.
– А можешь тогда копейкой выручить? Мне чирика на Яву не хватает. Будь другом.
Денис вздохнул. Попрошайка теперь просто так не отвяжется, и за спокойствие придётся заплатить. Хорошо хоть цена пока не слишком высокая. Денис порылся в карманах, нашёл там какую-то мелочь и протянул её мужичку. Мужик манерно поклонился.
– От души, братан. Ты, кстати, это… сам вмазать не хочешь? – Спросил мужик и опять распахнул куртку, демонстрируя бутылку водки.
– Нет, спасибо, я не в настроении.
– Как скажешь. Пьянка – дело добровольное, – ответил мужичок и пошёл к круглосуточному магазинчику в другом конце двора.
Денис остался стоять под фонарём. Горящих окон постепенно становилось всё меньше. А тех, которые находились бы достаточно низко, чтобы в них можно было что-то разглядеть, вообще не осталось. Денис достал телефон, но, увидев, что зарядки осталось сорок три процента, решил его поберечь.
