Барби подумал, что можно было бы объяснить Генри, как тяжело расслабить пальцы, когда рядом нависают двое с нацеленными на тебя пистолетами, особенно, когда знаешь, что им ничего не стоит выстрелить. Вместо этого он держал рот на замке и старался расслабить руки, чтобы Генри, в конце концов, смог откатать отпечатки. И ему это удалось, вполне удалось. При других обстоятельствах Барби спросил бы у Генри, зачем они вообще этим занимаются, но и на эту тему он также попридержал язык.
- О'кей, - произнес Генри, когда решил, что отпечатки наконец-то ясно видны. - Ведите его вниз. Я хочу помыть руки. Чувствую себя грязным потому, что до него дотрагивался.
С другой стороны стояли Джеки и Линда. Теперь, когда Рендольф с Дейтоном спрятали пистолеты в кобуру и ухватили Барби под руки, женщины вытянули свое оружие. Они держали пистолеты дулами книзу, но в полной готовности.
- Я хотел бы вырыгать все, чем ты меня кормил, если бы это было возможно, - произнес Моррисон. - Меня от тебя воротит.
- Я этого не делал, - сказал Барби. - Подумай своей головой, Генри.
Моррисон только отвернулся. «Мышление сегодня здесь в дефиците», - подумал сам Барби. Это как раз то, не сомневался он, что нравится Ренни.
- Линда, - позвал он. - Миссис Эверетт.
- Не говорите со мной. - Лицо у нее было белым, как бумага, если не учитывать темно-пурпурных дуг под глазами.
- Идем-ка, солнышко, - произнес Фрэдди и сильно пиханул его кулаком в поясницу, как раз над почкой. - Апартаменты ждут тебя.
11
Джо, Бэнни и Норри крутили педали на север по шоссе 119. День был по-летнему знойным. В безжизненном, насыщенном влажностью воздухе ни дуновения. Среди высоких сорняков по обе стороны дороги сонно пели сверчки. В небе над горизонтом виднелась какие-то тени, о которых Джо сначала подумал, что это тучи. Потом он понял, что это пыль и грязь на поверхности Купола. В этой местности Престил текла рядом с шоссе, и они должны были бы слышать, как она шумит, спеша на юго-восток к Касл Року, стремясь слиться с мощным Адроскоггином[298], но слышали они только сверчков и несколько ворон, которые апатично каркали где-то среди деревьев.
Проехав Глубокую Просеку, где-то через милю, они наконец-то добрались до дороги, которая носила название Черная Гряда. Это была грунтовка, вся в страшных колдобинах, еще и два наклоненных, искалеченных морозами знака стояли перед выездом на нее. Тот, что слева, предупреждал: «РЕКОМЕНДОВАНО ТОЛЬКО ПОЛНОПРИВОДНЫМ АВТОМОБИЛЯМ». Тот, что справа добавлял: «ПРЕДЕЛ МОСТА 4 ТОННЫ. БОЛЬШИМ ТЯЖЕЛОВОЗАМ ЗАПРЕЩЕНО». Оба знака были испещрены дырками от пуль.
- Нравится мне город, где жители регулярно упражняются в стрельбе по мишеням, - произнес Бэнни. - Здесь я чувствую себя в безопасности в отличие от Эла Клайдера.
- Это та гнида, которая на подхвате у Аль-Каиды, - поддакнул Джо.
Бэнни, пренебрежительно улыбнувшись, покачал головой.
- Я говорю о страшном мексиканском бандите, который перебрался в Западный Мэн, во избежание…
- Давайте включим Гейгера, - перебила его Норри, слезая с велика.
Счетчик ехал там же, в багажнике «Швинна-Рейнджера» Бэнни. Замотанный в несколько старых полотенец, которые Клэр держала у себя в корзине на тряпье. Бэнни его распаковал и подал Джо, желтый корпус счетчика оказался самой яркой вещью среди этого обвитого маревом вида. Бэнни произнес уже без улыбки:
- Лучше ты сам. Я очень нервничаю.
Джо, секунду подумав, передал счетчик Норри.
- Вот же серуны, - произнесла она довольно благодушно и включила аппарат. Стрелка моментально колыхнулась к +50. Джо впился в нее глазами, чувствуя, как сердце у него вдруг начало биться вместо груди в глотке.
- Bay! - воскликнул Бэнни. - Какой стремительный взлет.
Норри перевела взгляд со стрелки, которая замерла там стабильно (но пока что в полшкалы от красного сектора), на Джо.
- Едем дальше?
- Черт побери, конечно, - кивнул он.
12
В полицейском участке электричества хватало, по крайней мере, пока что. Облицованный зелеными кафелем подвальный коридор освещали флуоресцентные лампы с их депресивно-бессменным сиянием. Рассвет ли там или глубокая ночь, а здесь, внизу, всегда полдень. Шеф Рендольф и Фрэдди Дентон эскортировали Барби (если здесь уместное это слово, принимая во внимание его предплечья, зажатые в их руках) вниз по ступенькам. Позади них, все еще с пистолетами наголо, шли две женщины-офицеры.
Налево по коридору располагался архив. По правую сторону - пять камер, по две с каждой стороны и одна в самом конце. Последняя - самая маленькая, с узеньким топчаном, который нависал над стальным нужником без сиденья, и именно к ней они его волочили.
