– И поэтому ты обучаешь его тем же способом, каким тебя учил отец: отправляешь на яхту, чтобы он научился морскому делу. И у него есть деловая хватка, ты это тысячу раз говорил.
Деметриос кивнул.
– Да, он парень серьезный и трудолюбивый. Он станет ценным приобретением для компании. Куда ты клонишь, мама?
– Если Ариана и Христиан заключат «альянс», то она получит то, что нужно ей, а бизнес останется в руках семьи.
Деметриос молча посмотрел на мать и чуть погодя сказал:
– Черного кобеля не отмоешь добела.
– Приму это за комплимент, сын мой, – холодно улыбнулась она.
У него на лице оставалось каменное выражение.
– Это был не комплимент.
– Деми, и так и эдак не выйдет. Если хочешь, чтобы она пошла тебе навстречу, ее нужно слегка… скажем так, мотивировать.
– Отцам в сердечные дела лучше не лезть, я так считаю. Ариана слишком молода и…
– Чушь. Когда я вышла за твоего отца, мне было всего восемнадцать.
– Помнится, ты знала, как будет лучше для меня, и посмотри, что из этого получилось.
– София не знала, что такое долг, и была плохой женой.
– А я был плохим мужем, мама.
– Деми, ты слишком драматизируешь. Мы всего-навсего поможем нашей девочке осуществить ее мечты. Доверяй женской интуиции…
Грейс как-то незаметно вписалась в ритм жизни на Итосе. Она уже немного понимала по-гречески и даже могла поддержать беседу с постоянными посетителями таверны.
Сегодня была суббота, самый загруженный день недели, и все же вечером таверна будет закрыта. Это был день рождения Нико, по такому случаю все работники получили выходной и были приглашены на праздник. Но Грейс любила помогать и все утро провела на кухне с Терезой, готовя угощение.
Христиан, сын Нико, пришел поздравить отца, и Тереза немедленно припрягла его к делу – заставила проверять счета. Вот почему он сидел за семейным столом в ресторане и, поедая домашние калицуньи, считал на калькуляторе.
Христиан вернулся на Итос всего неделю назад – он ходил на одной из яхт Деметриоса. Грейс уже с нетерпением ждала его появлений в таверне. Он был старшим из троих детей Нико, ему было около тридцати. Грейс никогда не видела, чтобы он расслаблялся, но его спокойствие и выдержка вызывали у нее восхищение. Ей хотелось обладать этими качествами.
Стоя у кофейного автомата, она разглядывала его лицо, а он в этот момент сосредоточенно хмурил брови. В отличие от большинства греков, которых ей доводилось видеть, волосы у него были светлые, песочного цвета. Нико шутил, что Христиана оставил у дверей таверны аист, но Тереза сказала, что он пошел в ее бабушку, которая была немкой.
Грейс хотелось подойти чуть ближе и понять, какого цвета у него глаза. Тут он, как будто услышав ее мысли, поднял голову и встретился с ней взглядом. Она быстро отвернулась и покраснела.
Когда она снова оглянулась, он по-прежнему спокойно смотрел на нее и улыбался. Она улыбнулась в ответ. Он поманил ее к себе, приглашая поговорить.
– Я занята, не хочу огорчать Терезу.
Грейс склонила голову набок, извиняясь.
– Я тут желанный гость, – улыбнулся он, – мама не станет возражать, если мы поболтаем.
Он сделал знак матери, указывая на Грейс и давая понять, что хочет поговорить с ней. В ответ Тереза погрозила ему и подняла ладонь с растопыренными пальцами, де, пять минут, не больше.
Грейс вытерла руки о фартук и убрала с лица выбившиеся темные пряди. Волосы у нее были стянуты в хвост.
– Садись, Грейс. У меня есть для тебя подарок.
Ей нравилось, как раскатисто он произносил букву «р» в ее имени. Христиан полез в задний карман и достал что-то эффектным жестом.
– Мой паспорт – наконец-то!
Она захлопала в ладоши от восторга и едва удержалась от желания его поцеловать.
Вскоре после ее прибытия на Итос Деметриос сделал несколько звонков, и неделю спустя из полиции сообщили, что воры, ограбившие ее, были задержаны на Китире. Грейс думала, что ее паспорт продали на черном рынке, но оказалось, один из воров отдал его своей сестре. Деметриос поручил Христиану забрать его.
– Спасибо, Христиан. Подумать только, как долго он добирался сюда.
– Прости, – он покраснел, – Деметриос поручил мне забрать его из полицейского управления на Крите, но, как выяснилось, твой паспорт отправили в Афины, так что отчасти в проволочке виновна местная бюрократия. А потом мы возвращались на Итос более длинным путем, чем планировалось изначально, и к тому времени, когда добрались сюда, я совершенно про него забыл.
– Неважно, я просто так рада, что он нашелся. Как я могу тебя отблагодарить?
– Твоей улыбки вполне достаточно. – От его слов она улыбнулась еще шире. – Ну все, теперь ты можешь уехать.
– Я так не думаю. Тереза говорит, сейчас самая горячая пора и наплыв отдыхающих на однодневных турах с других островов. Занятия в университете начнутся только в конце сентября, так что я могу остаться еще примерно на месяц.
На лице Христиана появилась такая же широкая улыбка.
– Чудесно! – Он тут же сдержал себя. – Я имею в виду, замечательно, что родителям не придется спешно искать другую официантку. Они все время говорят, какая ты замечательная помощница.
