– Не беспокойся, я все контролирую, – холодно ответил Макс, позволяя тщедушному мужчине поспешно покинуть комнату.
Он скомкал небольшой клочок бумаги и бросил его в корзину для бумаг в углу комнаты.
– Сорок восемь часов для чего? – спросила я, скрестив ноги на кровати Макса.
Я посмотрела в окно и увидела, как солнце начинает садиться. Весь день в комнату входили и выходили люди, в основном игнорируя меня, за что я была благодарна, поскольку страдала от похмелья. Я не спала всю ночь после того, как рассказала Максу свою историю, и мы получили письмо.
– Я не знаю, – вздохнул Макс, в его глазах начало проявляться поражение.
Он весь день отправлял следопытов, и все они вернулись без какой-либо информации. Тот, кто отправил письмо, хорошо замел следы, и я видела, что Макс устал.
– Может быть, было бы неплохо поговорить с другими стаями? – предложила я.
Глаза Макса на мгновение прояснились при моем предложении.
– Я сообщил стае Патрика, что мы получили угрозу, и к востоку и югу от нас есть пара стай, которых я тоже уведомил. Оба Альфы согласились предоставить нам любую имеющуюся у них информацию, но на данный момент они так же, как и мы, в неведении.
Я вытянула ноги на одеяле, а затем перекинула их через край кровати и сложила руки на коленях. Я чувствовала себя совершенно бесполезной, простой человеческой девушкой, оказавшейся в центре волчьей проблемы, и знала, что если до этого дойдет, то буду безнадежна в бою.
– Альфа! Альфа! – снизу послышался крик.
Я услышала грохот на лестнице и тут же вскочила на ноги. Макс мгновенно оказался передо мной, закрывая своим телом. Молодой член стаи, не старше восемнадцати лет, ухватился рукой за косяк дверного проема и тяжело вздохнул, пытаясь отдышаться.
– Альфа, мать твоей пары…, – пробормотал он, – Евгения пошла проведать ее, а ее нет дома…
– Что?! – воскликнула я, пробегая мимо Макса и вставая перед парнем. Я схватила его за воротник и притянула к себе. – Что ты знаешь?
– Меня только послали сообщить Альфе, я… извини, я больше ничего не знаю!
Макс спокойно положил руку мне на плечо и освободил воротник парня от моих пальцев. Мальчишка вырвался и быстро сбежал по лестнице вниз.
Макс притянул меня к себе, чтобы обнять, но я изо всех сил пыталась вырваться из его хватки. Как бы мне ни хотелось расслабиться в его объятиях, я не могла. У Дэна была моя мама, и мне нужно было что-то делать. Мне хотелось убить его.
– У него моя мама! – кричала я, проводя рукой по волосам и расхаживая по комнате. – Это Дэн! Он нашел нас и забрал мою маму!
– Давай спустимся вниз и что-нибудь придумаем, хорошо? – Макс попытался успокоить меня мягким голосом, но это еще больше разозлило меня.
– Тебе сейчас нельзя быть спокойным! Как ты можешь быть спокоен?! Мне нужно найти свою мать и убить этого сукиного сына!
Я бросилась вниз и обнаружила половину стаи Макса в столовой и на кухне, все с обеспокоенными лицами и приглушенными голосами обсуждали что-то. Некоторые повернулись, чтобы попытаться утешить меня, но я проигнорировала их и направилась прямо к Евгении, чьи красные глаза показали мне, что она только недавно перестала плакать.
– Что случилось? – спросила я ее, не заботясь ни о каких формальностях.
Евгения глубоко вздохнула и вытерла слезы, которые снова начали собираться в ее глазах. Андрей успокаивающе потер ее плечо.
– Я пошла в гостевой дом, чтобы узнать, не хочет ли она зайти выпить кофе, но ее там не оказалось. Там царит беспорядок, и ее запах слаб, но присутствует. Были еще два запаха, но я их не узнала, они пахли странно: мужские и грязные, но в то же время цветочные, как будто они пытались замаскировать свой аромат.
– Может ли кто-нибудь уловить эти запахи? Выяснить, куда они могли уйти?
– Запах заканчивается возле начальной школы, – сказал Андрей. – Наши люди обыскивают этот район, но пока безуспешно.
– Тихолесье – маленький городок. Здесь не так уж много укрытий! – кричала я, с каждым мгновением чувствуя, как безнадежность накрывает меня с головой.
Я почувствовала, как Макс обнял меня за талию.
– Мы делаем все, что можем, дорогая, – прошептал он мне в волосы.
– Есть яма, – равнодушно сказала Элла, печатая что-то в телефоне.
– О чем ты говоришь? – спросил Макс.
Элла вздохнула.
– Я не собиралась ничего говорить… потому что взрослые не должны об этом знать. Если кто-нибудь узнает, что я проболталась, то, по сути, я только что совершила самоубийство.
– Элла, – медленно сказала Евгения, – тебе лучше все рассказать нам прямо сейчас.
– Через несколько улиц за школой есть заброшенный дом, он уже давно заколочен, но мы используем его подвал для вечеринок, – небрежно пожала Элла плечами. – Называем его “Яма”.
Я была почти у двери, когда Макс схватил меня за запястье и осторожно потянул назад. Я резко обернулась, на моем лице отразилось замешательство и гнев.
– Оставайся здесь, – сказал он мне, – это может быть опасно.
– Я ухожу, – твердо стояла я на своем. – Это моя мама, и если Дэн там, то я буду тем, кто его убьет.
