В дверях стоял Фалько в зеленой лакейской ливрее. Он криво улыбался, темно-каштановая прядь падала ему на лоб. На глаза Кассандры вновь навернулись слезы, и Фалько померк. Но не исчез.
Кассандра чудом удержалась, чтобы не броситься ему на шею. Вместо этого она отступила к окну.
— Что… Как ты сюда попал?
Фалько пересек комнату, остановившись лишь на миг, чтобы поставить бокал на стол.
— Для таких случаев люди придумали двери, — ответил он беззаботно, но его лицо тут же сделалось серьезным. — С тобой все в порядке? — спросил тревожно.
— Да, — ответила Кассандра. — Теперь уже да.
— Когда я услышал, что в
Фалько раскрыл объятия, и Кассандра бросилась к нему на грудь, вдохнула знакомый запах. От художника, как всегда, пахло красками и мятным мылом.
— Как ты меня нашел?
Фалько нежно отстранил ее и улыбнулся.
— Об этой свадьбе говорил весь город, — объяснил он. — Я заплатил слуге, чтобы он меня впустил. А за этот наряд мне, между прочим, пришлось отдать совсем новые бриджи.
Кассандре до боли хотелось снова оказаться в его объятиях, ощутить вкус его губ, почувствовать, как его пальцы зарываются ей в волосы.
Но она не могла забыть о Луке, о том, как он сражался за нее, словно она была смыслом его существования и единственной радостью. Лука спас ей жизнь. Кассандра отступила назад, совсем немного, так, чтобы между ней и художником было свободное пространство.
— Я волновалась за тебя, — призналась Кассандра. — Искала тебя в
— Так ты там была? — оживился Фалько. — А ты видела…
— Я видела портреты погибших девушек, — сказала Кассандра. Они так и стояли у нее перед глазами. Мариабелла и София. Обе мертвы. Но кто третья? Кто такая Р? И сколько еще человек убил Кристиан?
— Ты думаешь, на тебя напал убийца? — Фалько потер шрам под глазом.
Кассандра кивнула.
— Его зовут Кристиан, и он безумен. Но мне кажется, у него есть сообщники. — Кассандра замолчала, вспомнив предупреждение Луки. Но не могла же она солгать Фалько. — Он помощник Жозефа Дюбуа. Они убили куртизанку Мариабеллу и служанку Софию.
Кассандре хотелось верить, что Кристиан сказал правду и Феличиана не пополнила список его жертв.
— А теперь попытались убить меня, — добавила она, не упомянув о родстве злодея с Лукой.
— Тогда чудо, что осталась жива, — рассудительно заметил Фалько. — Если не ошибаюсь, у Дюбуа надежные связи в Совете Десяти.
Кассандра кивнула. В том, что француз вышел бы сухим из воды, не было никаких сомнений. Кассандра вновь поразилась собственной наивности. За парадным фасадом Тишайшей Республики скрывалась непроглядная тьма.
Фалько взял девушку за руки и принялся целовать ее пальчики.
— Что ты подумала, когда прочла мое письмо? — спросил он.
Простой на первый взгляд вопрос таил в себе бездну противоречивых ответов.
— Я… — Кассандра в замешательстве смотрела на дверь. Она старалась выбрать один, единственно правильный, но находила либо несколько, либо ни одного. Вместо этого она решила задать собственный вопрос:
— К Анджело де Гради попадали все тела? И Ливиана…
— Мне жаль, — прошептал Фалько. — Я думаю, он оставлял себе некоторые тела, а остальные продавал. Возможно, Ливиана стала… моделью для художника. — Он порывисто прижался лбом ко лбу Кассандры. — Ты никогда меня не простишь?
— Я не знаю, — прошептала она, борясь с жаждой припасть к его губам.
Кассандра говорила правду. Она так запуталась и столько нарушила запретов, что уже сама не знала, что хорошо, а что плохо.
Фалько порывисто вздохнул.
— Сегодня поистине день счастливых известий, — промолвил он, криво усмехнувшись. — Я не зря участвовал в показе. Один преуспевающий архитектор заказал мне работу. Очень большую.
— Фалько, это же замечательно!
— Это изменит мою жизнь, — тихо произнес он. — Как и встреча с тобой.
Кассандра хотела возразить, но не нашла слов. Встреча с Фалько сделала ее другой, открыла тайные уголки ее души, о которых она не подозревала.
— Правда, теперь мне придется много путешествовать. Возможно, вовсе уехать из Венеции. — Кассандра отвернулась, закусив губу. — Зато я снова наконец увижу свою семью.
— Семью? — Кассандра никогда не задумывалась о том, живы ли его родители, есть ли у него братья и сестры.
— Моя мать прачка, а отец сапожник. Братья работают в лавке. Сестренки еще маленькие, они воспитываются в монастыре в Вероне, — сказал Фалько. — Я не видел их много лет.
Кассандра не представляла, каково это — расти в такой большой семье.
— Поедем со мной! — вдруг предложил Фалько. — Теперь я смогу о тебе позаботиться. Конечно, это не такая жизнь, к которой ты привыкла, но любви в ней будет целое море.
Не успел он договорить, как в дверях появилась служанка с бокалом вина в костлявой руке. При виде Фалько ее брови сами собой поползли вверх.
— Прошу прощения, синьорина, — пробормотала она. — Ваше вино…
